– Тётя Сима, вы должны это съесть. – Твёрдо сказала она.
– Да, да, конечно. – Закивала старушка. – Спасибо девочка, я обязательно покушаю. – Помолчав, она добавила. – Такой молодой, лучше бы меня Господь прибрал.
Девушка вздрогнула, а затем посмотрела в глаза Серафимы Матвеевны:
– Не говорите так, если уйдёте вы, мне тоже будет очень больно!
Все пациентки в палате сочувственно молчали.
Войдя в шестую палату, Люба поздоровалась и прошла к стулу, на котором обычно сидела. Глядя на подавленных мужчин, она сказала:
– Я тут посижу? – Она просидела в полной тишине довольно долго. У Любы было ощущение, что Виктор находиться рядом и что он абсолютно счастлив.
Вошедшая нянечка – тётя Вера, немного опешила, а затем сказала:
– Извини Люба, мне нужно снять бельё.
– Хорошо. – Сказала девушка, поднимаясь. – Уже ухожу. – Выходя из палаты, он услышала голос Сергея:
– Люба, подожди!
Они остановились у коридорной стены, и парень стал рассказывать:
– С утра Витёк был такой весёлый, шутил, беспрерывно каламбурил и всё рассказывал о своей Любушке. Про тебя он всегда говорил очень уважительно, с нежностью и любовью. Потом Витёк подошёл к окну и увидел тебя. Он повернулся и радостно сказал:
– Моя, Люба, идёт. – А потом. – Скорее бы поправиться! Эх, как бы обнял мою Любушку! – И руки, так резко, выбросил в разные стороны. Мы все испугались, когда парнишка упал. Я пытался его трясти, мужики побежали за помощью, а Витёк лежал и улыбался. Мне кажется, он даже не понял, что умер. А умер он, благодаря тебе, счастливым.
– Так больно, я как будто потеряла родного брата, которого у меня никогда не было. – Тяжело вздохнула девушка.
– Я так и думал. – Кивнул Сергей.
У Любы потекли слёзы, не было никаких рыданий, они просто текли…
Из палаты выскочила тётя Вера и почти побежала по коридору. Через несколько минут, она вернулась с заведующим отделением и Татьяной Сергеевной. Все зашли в палату, Люба с Сергеем вошли следом. Тётя Вера достала из наволочки полотенце и развернула его на кровати.
– Пара горстей, не меньше…– Удивлённо сказал больной с соседней кровати.
– Витёк постоянно ворчал, что таблетки бесполезные, вот системы и уколы – это нужное, а от таблеток только изжога и боли в желудке. Ну, мы же видели, как он вроде бы, их глотал и запивал водой. – Недоумевал Сергей.
Татьяна Сергеевна качала головой, держась рукой за щёку:
– Ну, я же заменила ему препараты, от этих не должно было быть изжоги.
Борис Яковлевич, посмотрев на присутствующих, сказал:
– Мы сейчас составим акт об этом происшествии. Я думаю, что каждый честный человек его подпишет. Дронов был добрым парнем, но будет несправедливо, если у хорошего врача будут большие проблемы из-за его легкомыслия.
Все кроме пациентов ушли, Люба достала телефон и сказала:
– Нужно позвонить маме Виктора.
Сергей немного помялся и спросил:
– А ты, подпишешь акт.
– Да, конечно. – Ответила девушка. – Нельзя, что бы пострадал невинный человек. – Ответа на звонок она ждала довольно долго, а затем услышала детский голос. Девочка сказала:
– Мама плачет, у нас в городе Витя умер.
Выйдя из больницы, Люба постояла в раздумье, а потом, обогнув угол здания, пошла на хозяйственный двор. Ей навстречу выбежала исхудавшая рыжая собака с отвисшими сосками. Следом за матерью, переваливаясь, перебирали лапками три пушистых щенка. Девушка вылила борщ в собачью миску и та с аппетитом взялась за еду. Достав из кулёчка хлеб, она отломила кусочек и положила себе в рот, остальной опустила в миску с борщом. Сидя на корточках, Люба жевала хлеб и смотрела на собачью семью. Вышедший из пристройки, пожилой рабочий сказал:
– Да ты за них дочка не переживай. Мы Пальму хорошо кормим, только эти её постоянно тянут, вот она у нас потому и худая.
– Ну, вот и ладненько, просто мы с Пальмой помянули хорошего человека…
– Аа-а… – протянул мужчина ей вслед.
Витёк с Серафимой Матвеевной танцевали вальс. Парень легко, как пушинку кружил тётю Симу. На ней была надета кружевная блуза и пышная юбка. Ноги старушки периодически отрывались от пола, казалось, она летает. Они оба счастливо улыбались, глаза их сияли. Люба сидела на стуле и смотрела на эту странную пару. Ей было очень грустно, но вдруг на левом плече она почувствовала чью-то руку. Повернув голову, девушка увидела Его.
– Всё будет хорошо. – Кивнул он, слегка сжимая её плечо.
– Люба! Люба! – Услышала она и проснулась, над ней стоял папа. – Мама говорит, у тебя был такой странный голос. Что случилось?