Она взяла ребёнка на руки, обняла и сказала:
– Не бойся, у нашего Вити уже ничего не болит, душа его здесь, среди нас, а потом Боженька заберёт его к себе на небо.
Правда? – Спросила девочка и прижалась к Любе.
Они не разлучались ни в этот, ни на следующий день. Ирина Сергеевна сидела как каменная, к ней подходили многие и уговаривали поплакать, но она, ни кого не слышала. Её мать – тётя Маша гладила по плечу и только качала головой. Александра Ивановича Люба почти не видела, он приходил несколько раз и сразу уходил, видимо был занят организацией похорон. Немного посидели у гроба его родители, а потом мать сказала, что они придут в ночь и ушли. Кушать Любу с Валюшей отправили к соседке, и спать положили тоже у неё. Пожилая женщина сказала:
– Не надо вам там быть, старухи посидят ночью.
На похороны Вити, наверное, пришли все жители деревни. Ирину Сергеевну вели под руки Люба и Александр Иванович. Она вышла из оцепенения, только когда мужчины взяли крышку гроба, чтобы закрыть тело сына навсегда.
– Ну, Слава Богу! – Говорили за спиной женщины, глядя на рыдающую мать.
Когда все вернулись с кладбища, во дворе уже были накрыты поминальные столы. Всем руководила тётя Галя – соседка, у которой ночевали Люба с Валюшей.
– Проходите, проходите, идём мыть руки и рассаживается. Помянём нашего Витю, помянём его чистую душу.
Девушка, пройдя мимо столов, вдруг ощутила жуткий голод, и одновременно всю её сущность наполнил стыд. Люба думала:
– Как же это так? Только сейчас мы похоронили Виктора, и как будто ничего не было, следуем своим инстинктам. Так же хочется, есть, спать – как животные… Валюша помыла ручки и, принимая полотенце из рук девушки, шепнула ей на ухо:
– Я такая голодная. – От этих слов стало немного легче.
За столом девочка села к Любе на колени и прижалась худеньким тельцем.
– Это что! – Прикрикнула на внучку тетя Маша. – Не мешай человеку кушать. – И взяв за тоненькую ручку, пересадила её на стул рядом. Сердце девушки защемило от жалости, когда она увидела дрожащие губы Валюши. И эта рука, такая же тонкая как у брата.
Она пододвинула свой стул вплотную к стулу девочки, и, обняв её, сказала:
– Бабушку нужно слушаться, а мы всё равно с тобою рядышком. – Валюша повеселела и начала есть. Люба, не смотря на сильный голод, не могла прикоснуться к еде. Сидящая напротив старушка, подала ей блин и сказала:
– Сначала помянуть нужно блинчиком и кутейки ложечку съешь. – Она пододвинула к ней рисовую кашу с изюмом. – Мне ещё моя бабушка говорила, если мы их тут поминаем, то они там рады. – Девушка ела блин, а по щеке у неё текла слеза. Она заметила, что на неё многие смотрят и опустила голову. Та же старушка, снова сказала:
– Ничего дочка, наш Витёк был хорошим мальчиком, но жизнь продолжается. И замуж выйдешь и деток родишь.
– Да, наверное. – Ответила Люба, и неожиданно для себя добавила. – Если родится сын, назову его Виктором. – Почти в ту же минуту, она почувствовала чьи-то губы на своей щеке. Вздрогнув, девушка резко повернулась, но увидела только женщину, склонившуюся над своей тарелкой. Сердце бешено заколотилось, а затем ей стало очень хорошо и спокойно. Немного посидев, Люба наклонилась к Валюше и прошептала:
– Меня Витя поцеловал в щеку.
Девочка, прожевывая кусочек мяса, ответила:
– А меня он по головке гладит.
Люди всё ещё сидели за столом, а они с Валюшей подошли к Ирине Сергеевне. Люба сказала, что ей нужно ехать домой, так как через день начинаются занятия в институте.
– Нет, нет, нет. – Замотала головой женщина. – Пожалуйста, Любонька останься. Завтра мы отнесём Витюше завтрак, а на восемь тридцать ты уедешь. Я там тебе сливочек положу, молочка парного, грибочков… – Девушка хотела возразить, но было видно, что на споры у Ирины Сергеевны не осталось сил.
– Хорошо, но тогда мне нужно позвонить. Родители волнуются – Кивнула Люба. Валюша взяла её за руку и потянула за собой, объясняя по дороге, где она сможет сделать звонок.
Связь была только на третьем этаже в местной школе. Возле окна с кем-то разговаривала местная девушка. Люба позвонила отцу и объяснила ситуацию. Потом она связалась с Серафимой Матвеевной, она была весела и сказала, что у неё всё хорошо, Маргарита Игоревна завалила её продуктами, препараты принимает вовремя, чувствует себя неплохо.
– А ты Любочка, занимайся учёбой и за меня не волнуйся. – Успокоила её тетя Сима.
После разговора, они с Валюшей подошли к окну и с высоты третьего этажа, стали рассматривать деревню.