Сердце, стартуя на адреналине, раскручивало свой ритм на ускорение восприятия. Твою мать. Зачем я вышел без оружия? Вот снова оно надвигается на меня. Из темноты едва различимая появилась огромная наглая морда шимпанзе на длинной шее. Грёбаный местный жираф неожиданно для меня самого получил кулаком в нос. Икнув, голова резко ушла вверх, исчезая из вида. Не нарушая беззвучия, животное побежало в сторону от лагеря. Неожиданно громко раздался глухой стук покатившегося камешка.
Ощупав себя везде и не обнаружив потерь и конфуза в штанах, я боком, боком пробрался обратно в палатку. Бррр. Гадость. Натянул на себя одеяло и снова заснул в полной определённости больше никогда никуда не ходить без револьвера.
Сон был мгновенным словно и не ложился. Народ зашевелился и начал подниматься. Зашуршала одеваемая одежда под скрип растревоженных коек. На улице была красота. Описать чувство парения души от созерцания окружающего мира простым словом восторг невозможно.
Мой напарник с половиной выбритого лица встал рядом со мной и прокомментировал коротко и ёмко общее состояние.
— Это просто очешуеть как звиздец да братуха!
— Да. Это да Санька. Можно полмира проехать и полжизни прожить, а чтобы такое увидеть надо один раз забраться непонятно куда и встать ни свет ни заря. И всё равно ради такого не жалко не потерянного сна ни стоптанных ног.
На горизонте появились облака, их стало заметно больше по сравнению с вчерашним днём.
— Во ты загнул. Прям компазитор какой-то.
Ночью мы развернули лагерь на склоне горы, от чего перед нами открывалась сумасшедшая панорама лежащей у подножий горного хребта саванны. В киселе таящей пелены торчали ажурные острова вершин деревьев. Словно плавники акул головы жирафов рассекали туман, укрывший остывшую землю. Вон будто что-то плеснуло в мареве полога, и острые буруны всклоченных струй понеслись в сторону, исчезающей серой предрассветной мглы.
Искра восходящего светила ещё не проклюнулась из-за горизонта. Ореол рассвета окрасил восток. Бледный месяц повис на границе светлого и тёмного неба в ожерелье разноцветных звёзд. Такое можно увидеть только вдалеке от жилья и на другой планете!
Утро началось с позитива. Позитив — с потока отборных комбинаций слов и междометий на головы двух разгильдяев. Об этих парнях я не могу промолчать. Два элитных московских мажора потеряли вверенное им оружие. Андрей Крамер и Иван Карман в потёмках, когда колонна встала, перед развертыванием лагеря вылезли из машины не в силах противостоять позывам мочевого пузыря. Оружие постоянно, сваливаясь с плеча мешало волеизлиянию народных масс. За это автоматы были наказаны и повешены на куст. После для закрепления эффекта расслабления они покурили и уехали.
Утром на завтраке в столовой мы слушали интересный комментарий к событиям сегодняшнего дня от Бригадирыча.
— Эти две тли курносые сели как две заморские ляди в машину и про всё забыли. Прикиньте! Они утром пришли автоматы получать. Их оружейник спрашивает, где заменители? Они ему на чистом глазу у вас друг любезный. Стоят две овцы поролоновые глазами лупают вспоминают, где они вчера курили и что курили. Оружейник просёк значит тему и бегом к начальству. Тут их краснопогоники лещами накормили для прояснения памяти. Дети пустынь сущие! Им видетели по медицинским показаниям для психологической коррекции нашим доктором справка выдана.
А справка то какая! Мммм. Не придерёшься с печатями передвижного госпиталя, которые Петрович выдавал. Доктор им канабис прописал с ганжубасами. Они паскудники текст свели и свой написали. Так их за подделку служебной документации и временную утрату оружия на пятьсот экю оштрафовали!
— На двоих или каждому?
— Каждому! По просьбе руководства, охрана прокатилась по дороге и нашла пропажу. Если б не нашли так и залог считай эти кони патлатые профурычили.
После разбора с этими утырками значится, довели до всех информацию, к нам придут следователи из Ордена. Просили отвечать по существу и быстро, чтобы выезд не задерживать сильно. Вчера там, где взрывы были, обстреляли нашу охрану. Будут опознание проводить. Может, кто видел тех людей, где у нас?
— А кто такие «утырки» Михаил Степанович? — вежливо спросила бригадира медсестра Танюша.