— Запомни девонька, — Бригадирыч поднял вверх перст указующий, — «Утырок» не национальность, а состояние мозга от неправильной мотивации! Не забывайте пороть своих детей в детстве, чтобы через свою боль сострадательнее были. Заодно и дурь от излишней ласки выбьете. Тут главное не перестараться и хотя бы один разок, но по делу и с понятием. Не панацея — ибо некоторым хоть оббивки от ремня в попу забивай толку золотник. Нету разумения, раз уродилось не справное, так и помрёт юродом.
— Михал Степаныч, а чего, прям трупы привезут на опознание? Сразу предупреждаю, я покойников боюсь! — за всех спросил и ответил кто-то из бригады у меня за спиной.
— А я почём знаю. Скажут на жмуриков смотреть — будем смотреть! Нервным и припадошным доктор нашатырю даст, а я пинка для храбрости. — резюмировал свой доклад Колесник.
— А я сегодня ночью жирафа видел, того страхолюдного из книги. — Сам не знаю от чего я решил поделиться ночным приключением.
— Какого?
— Да, который кактусы жрёт с мордой обезьяньей.
— Не спится тебе Коля, видать согрешил. И что твоя обезьяна?
— А ничего. Наклонила голову между машин и смотрела на меня.
— Эт чем ты её соблазнил? — с подковыркой спросил Василий Фёдоров.
— Ничем. Я видимо с вечера кофе лишку выпил. Вот и сбегал в туалет.
— Вот говоришь ничем. А девушка пришла красотой твоей понимаешь впечатлилась! А ты?
— А я ей в нос дал, чтоб не подглядывала.
— Николай, Николай нет в тебе обходительности. Прынцеску надо было просто разок поцеловать. А ты её ещё за ногу не подержал сразу бить начал.
— Бьёт значит любит! Когда свадьба? — лихо включился в разговор Женя Микуленко.
— Да отстаньте вы. Я просто вышел и всё! И ушёл. И вообще может это жираф был.
— Ага жираф, любитель смотреть на Коль со спущенными штанами. Всё Николай придётся тебе на жирафе жанится! Поманил зверушку своей петрушкой — заводи в стойло. Теперь будешь жить с обезьянкой. Настрогаете себе осликов, и усе вместе будете пастись в пампасах. Лепота! — Фёдоров пальцами по столу пробарабанил тыгдым — тыгдым — тыгдым, наглядно демонстрируя звуки галопа моей многоногой семьи.
— Нет уж Василий Григорьевич я там без Вас ну никак не смогу. В каждом стаде баранов должен быть свой старый козёл, а то кто будет советы давать, как свечку держать, чтоб барыне было хорошо?
Весь народ вокруг, гревший уши на нашей беседе едва не помер. Из-за смеха завтрак у некоторых начал своё движение через нос и не в то горло. Не зря говорят для детей — когда я ем, я глух и нем! Пришлось жертв юмора отпаивать и охлопывать по спине. Некоторых довели до слёз, настолько людям было не хорошо. Или сначала хорошо, потом не хорошо, но в конце все были в принципе довольны?
Только мы вернулись с завтрака, как к нам явилась целая делегация охрана Р.А. и служба патруля в лице офицера проводящего расследование.
За всю нашу доброту и заботу первыми сдали нас бойцы Русской Армии, которых мы потчевали мясом. Парни указали, что были свидетели наезда неких людей с необоснованными претензиями. Офицер для протокола вёл групповой опрос. Мы не отказывались сотрудничать и рассказывали всё, о чём могли рассказать.
Офицер для протокола попросил осмотреть фото в его планшете и опознать знакомых нам людей. Практически сразу мы узнали троих, не было только четвёртого, который больше всех говорил. Бригадирыч указал:
— Эти мертвяки два раза приходили и всегда с людьми из первой бригады. У них спросите лучше.
Перед уходом инспектор предложил поглядеть ещё одно короткое видео.
— Посмотрите пожалуйста, в багажнике автомобиля было ещё одно тело. Но данный человек был убит ранее. Возможно, что и данными людьми.
— Видео сбоку и сверху показывало потемневший и слегка раздувшийся труп с половиной головы. Писателя Аркадия узнали почти все.
— Приходил к нам он на медосмотр. Орал громко его бойцы Р.А. прогнали. Вы им эту картинку покажите.
— Спасибо за сотрудничество уже показал.
Инспектор с сопровождающими ушёл, а кающиеся в содеянном бойцы Р.А. остались.
— Вы это мужики на нас не обижайтесь. Он по любому к вам он пришёл бы, а так мы сами к вам первым, чтоб было время нормально собраться.
— Тык мы без претензиев. — Включил дурака Бригадир. — Вы парни тама наверно слыхали, что было то. Может нам не секретное расскажете коллектив любопытствует, ток коротенько нам действительно ещё палатки собирать.
— А рассказывать особо нечего. Поехали две машины и броневик. Там на месте их из кустов обстреляли. Патруль разбираться не стал, и быстро всех умер из крупнокалиберного пулемёта. Говорят они эти убитые на первое минное поле заехали. Там на месте всё в фарш посекло. Настоящая мясорубка. В кузове у них этот писатель лежал Гоголь. Выходит свои его грохнули и свалили. А этого душного не сожрали за ночь, какой-то умник железы повесил на куст. Они там после первого подрыва не угомонились, раненые на месте остались. Был у них с собой квадрокоптер, погнались на одной машине дальше по следу, да не срослось. Нарвались на ловушку. Там уже высекло всех без остатка. Если кто и остался живой гиены набежали почти сразу. Теперь кого искать не ясно, а вот у попучиков этих много чего криминального нашли. Вопросы у командиров и орденцев есть к товарищам их. Да видно поняли те, что замес вышел, и свалили из конвоя заранее. Наши решили судьбу не испытывать вдруг где-то еще мин натыкано. Стадо вчерашнее вы сами видели. Вытоптана огромная территория искать уже нечего.