— Ничего, ничего, – говорил "врач", – мы из тебя дурь выбьем. Следующий!
Леся, одетая в белый халат, выписывала справки и выдавала их хозяевам собак. Аккуратно заполнила листочек: "Питбультерьер. Рег. N 223265 П. Вакцинация проведена. Подольская районная ветеринарная станция. Город Киев. Врач Приходько. Подпись" Поставила большую красную печать и отдала документ хозяйке. Та, утирая слёзы, двинулась к выходу, волоча на ремне исколотого пса.
Француз закурил сигарету и пустил дым в сторону колб и пробирок, в которых была налита подкрашенная вода. Поинтересовался:
— Леся, который уже по счёту?
— С утра двести девяносто шестой.
— Угу... Скоро доберёмся до трёх сотен, – задумчиво проговорил "санитар" и вытер пот со лба.
— У меня болит рука колоть, – пожаловался Моня. – И я её уже так натренировал, что смогу сделать инъекцию колибри. – Добавил: – А шотландских терьеров было всего семь особей.
— Небольшой КПД, – прокомментировал Француз.
— И все какие–то замученные, на фоторобот непохожие, – продолжил "врач". – Если они напутали с этим фотороботом, то я сделаю инъекцию Дубине, – невнятно проговорил Моня, держа во рту неподкуренную папиросу. Посмотрел на видеокамеру, висевшую в углу. Небрежно сказал: – Она без микрофона, полковник ничего не услышит. – И стал подкуривать папиросу. Леся кашлянула. Выговорила, смотрясь в зеркало и подкрашивая губы:
— Саша, не кури такую гадость.
— Это что, "Бэломор–Кэнал" гадость? Если бы ты, ветврач, была профессиональной курящей, не говорила бы эдакие глупости. Здесь, – поднял руку с папиросой высоко вверх – натуральный табак, выращенный в Крыму. – Опустил руку и сунул папиросу в зубы. – А во всяких там "Мальборо", накрошенная синтетика, изготовленная в Польше или Турции, от которой и анемия, и туберкулёз, и рак лёгких.
— Не болтай чушь, – сказал Француз, который покупал "Мальборо". – Тебя слушать – что перевернутую газету читать. Накрошенная синтетика! Ох и Моня!
— А что, нет? Эх, Славик, Славик... Не покупай импортные сигареты, лучше кури самосад.
В помещение ветеринарного пункта зашел старый дед, ведя на веревке большую собаку с седой, почти белой шерстью.
— Сыночки, уколите моего дружка, – глухо проговорил старик тяжело вздыхая. – Добрый и порядочный всю жизнь, в годах уже, но боюсь, что на старости взбесится. Что эт за напасть появилась? Какай-та бешенства?
— Смахивает на шотландского, – пробормотал Француз и оглядел пса. – Да, похоже шотландский, но какой–то пожеванный. Моль что ли его ела? На фоторобот не тянет.
— А дед? – тихо спросил Моня. – Дед тянет на того парня?
— Нет, не тянет, – ответил "санитар".
— Не тянет, так не тянет, – констатировал "врач". Крикнул: – Да выключи ты это пищание!
— На лабораторном столе подавал сигнал зуммер приборного щита. Француз отключил питание лабораторного стенда и, взяв собаку за лапы, привычным движением прижал её к кушетке, борясь с сопротивляющимся животным.
— Нна! – тихо и беззлобно сказал Моня, введя витамин С. – Свободен.
"Бах!" – поставила печать на справке Леся и отдала её деду. Сказала:
— Берегите пса, в годах уже... Добрую собаку видно за версту.
— Добрый, добрый, – пробормотал дед, глядя сквозь громадные линзы очков. – Добрый, но пожилой. Пошли, мохнатый. – Они с псом не торопясь удалились. Старик помахал рукой и попрощался: – До побачення.
— Восьмой терьер, – сказал Француз. – Нет, нам не фартит. План Дубины терпит фиаско. Блицкрига не получилось. Раз – и пришел к тебе пешком Ликвидатор с собакой на верёвочке. Ищи дураков! А сколько деньжищ угрохали? Международные комиссии, ветеринарные и вирусологические консилиумы. Это так втереть мозги! Подключил к операции комитет Верховной Рады. А долг перед итальянцами? Сколько денег потратили они на поддержку этой оперативной разработки? Много. Я понимаю, что Дубина хотел как лучше, но...
Вбежал полковник. Он был не один. Пять парней зверского вида и в черных очках сопровождали его.
— Маринин! – закричал Дубина. – Где он?!!
— Кто? – удивлённо поднял глаза Моня.
— Ликвидатор, мать твою за ногу! Где Ликвидатор?
— Полковник, вы что? Его здесь не было. Заходил какой–то старый дед с седой собакой...