Как и предложил Тиган Даб-Мирр, заговорщики разделились и от старого кладбища Дар-Солина отправили тремя отрядами тремя разными дорогами.
Сам срезавший магическую метку чародей выбрал себе в попутчики Кланки Даб-Игэн и Лоркана Даб-Омра. Глор прекрасно понимал его побудительные мотивы. Магия магией, но два крылатых, в совершенстве владеющих оружием, в дороге не помешают. И пусть ни Кланки, ни Лоркан никогда не выпячивали своего мастерства, все знали им цену. Спина у Тигана была прикрыта надёжнее каменной стены.
Гай Даб-Гаммур ап Срган из Дома Чёрного Крыла взял под опеку братьев-менестрелей — Имона и Хебера Даб-Ракха ап Дхвар. Оба крылатых юнца не отличались отвагой, но в излишней осторожности замечены не были. Попросту говоря, несмышлёные щенки, которые могут сунуть нос в любую ловушку. Матёрый, хитрый и осмотрительный Гай Даб-Гаммур пришёлся к ним в компанию как нельзя лучше. Проведёт мимо всех неприятностей и удержит от опрометчивых шагов. Заодно и ему веселее — всегда под рукой тот, на кого можно наорать, выругать... да и просто найти повод для брюзжания.
Глору достались утончённые натуры. Художник Маэл Даб-Дохар и учитель фехтования Кеган Даб-Оспра ап Снахт, не пропускавший ни единой юбки. Сказать по правде, он предпочёл бы путешествовать в одиночку. Мысль о том, что придётся выслушивать многословные и пустопорожние рассуждения первого о прекрасном в искусстве, а так же нескончаемые истории интриг и интрижек, пропитанные несказанной любовью к собственной персоне, второго, заставляла сжиматься кулаки. Но спорить с решением старших он не стал. Повезло ещё, что им предложили пойти прямо на север. Дорога через болото была бы отвратительней вдвойне.
Сейчас они шагали по дороге, бывшей некогда королевским трактом. Здесь даже сохранились остатки гравия, которым засыпали путь, чтобы в распутицу не вязли телеги. Правда, совсем мало. За сто лет, пока Дар-Солин стоял заброшенным, дожди размывали обочины и насыпь потихоньку оползала. Кое-где дорогу пересекли ручьи, которых не было прежде. Деревья, не удержавшись корнями за болотистую почву, падали поперёк. Но, конечно, идти по плохой, старой и заброшенной дороге всегда лучше, чем пробираться по лесу, где не всегда можно найти даже тропу, по которой звери ходят к водопою.
По расчётам Глора, к вечеру они могли выйти к первому поселению на берегу реки Деура. Сюда являлись лесорубы и плотогоны, чтобы пополнить припасы. Здешние земли принадлежали королевству Веллон, но народ вовсю вёл беспошлинную торговлю с Харраном.
Там нуждались и в строевом лесе для многочисленных галер — Харран медленно, но уверенно укреплялся в статусе самой мощной морской державы; и для крепи в многочисленных шахтах и копях, где добывали бурый железняк, медный и оловянный колчедан, даже россыпное серебро; и для строительства городов. Несколько неурожайных лет погнали людей из северных государств к теплу. На юге можно как-то выживать. Перебирались семьями и целым сёлами. Король Харрана очень разумно воспользовался сложившимся положением и пустил беженцев обживать неосвоенные земли на западе. Его собственные подданные селились там не очень охотно, справедливо опасаясь дикого зверья и набегов зверо-людей, кочующих по степи. А пришлые готовы на всё, даже спать с топором под подушкой и луком под рукой. Если что, они королевство прикроют, а не сумеют, так и не жалко. Одно плохо — строить на западе Харрана было не из чего. Лесов мало, а местная глина даже на мазанки не очень годилась. Вот король и оказывал помощь переселенцам, отправляя тяжёлые подводы, запряжённые восьмёрками овцебыков, на запад. Грузили любую деревяшку — от горбыля до брёвен, которые показались мастерам-корабелам кривыми или сучковатыми. Пригодится всё.
А поставляли лес плотогоны из Веллона и Карршира. Сборщики податей пытались навести порядок, чтобы их державам хоть какая-то выгода была, но не преуспели. Кого-то из них вынесло на берег, а кого-то Деура увлекла в Южное море на радость акулам и морским змеям. Ландграф Каррширский от идеи ввести войска отказался сразу — слишком далеко, да и топи на пути, а вот король Веллона лелеял надежду получить свою часть от прибыли торговцев деревом и, по слухам, потихоньку собирал небольшую армию, способную вести боевые действия в лесу, но пока что не слишком успешно.
Вот туда-то, к лесорубам и плотогонам, и шагали трое крылатых. Кеган Даб-Оспра брезгливо морщился, то и дело сбивая щелчком налипшие на плащ жёлтые листья и хвоинки. Отсутствие женского общества его раздражало и вгоняло в тоску. Напротив, Маэл Даб-Дохар пребывал в восторге. Дневной лес по обочинам, в отличие от ночного кладбища, дарил ему вдохновение. Живописец то приседал, разглядывая куст шиповника с алыми налитыми ягодами, то нырял под ель в поисках красивейших грибов. Глору приходилось его сдерживать и даже пару раз прикрикнуть. Во-первых, если метаться из стороны в сторону, то быстро устанешь, превратившись в обузу для отряда, а во-вторых, не хватало ещё нарваться на какого-нибудь мелкого, но зубастого хищника, который цапнет и сбежит, а трупный яд с грязных зубов останется в ране.