Ниса плелась позади, держась на расстоянии не меньше десятка шагов, но стараясь не терять крылатых из виду. Днём она меньше горбилась и сутулилась, зато тянула капюшон на лицо, словно боялась солнечного света. Впрочем, несмотря на то, что дождь прекратился, тучи закрывали небо, как грязные тряпки, и даже ночной хищник, вроде метаморфа, мог глядеть по сторонам, не боясь ослепнуть. Глор твёрдо решил, что выведет нищенку к ближайшему поселению бескрылых и там их пути разойдутся. Да, помогла ему ночью... Можно в благодарность кинуть ещё мелкую монетку или даже две. Но обзаводиться зверюшкой князь Чёрное Крыло не собирался. Он не поддался всеобщей моде, когда летающие острова бороздили небесную высь, а теперь-то и подавно. Тем паче, домашний любимец из Нисы был, мягко говоря, никакой. Грязное, вонючее существо, наверняка несущее в себе целый букет болезней. Правда, держалась она бодро, даже есть не просила. Довольствовалась какой-то дрянью, вытащенной из замусоленной сумки, которая висела у неё через плечо, хлопая при ходьбе по колену.
Они шли прямиком на север, попрощавшись с соратниками на рассвете. Тройка Тигана отправилась на северо-восток. Тройка Гая — на северо-запад. Миля за милей стелились под ноги крылатых, но мерзкий привкус грядущей беды не оставлял Глора. Скорее всего, объяснялось дурное настроение необходимостью идти пешком. Не лишили бы его крыльев, Глор смог бы долететь до Последнего Приюта за полдня, а теперь путь растянется на недели, а может, и месяцы.
В полдень они позволили себе недолгий отдых, усевшись на поваленное дерево. Перекусили. Сухари нашлись в заплечном мешке у каждого. Глор поделился вяленой олениной, Маэл — овечьим сыром, а у Кегана оказался подкопченный лосось. Ниса сгорбилась в десятке шагов и тоже что-то жевала. держала раскрытую ладонь ниже подбородка, чтобы не потерять ни крошки. При этом она очень напоминала белку или бурундука. Грязную белку или замусоленного бурундука. При свете дня Глор хорошо рассмотрел, что её одежду называть этим словом можно с большой натяжкой. Что-то похожее на большой мешок. Возможно, несколько мешков, надетых последовательно друг на друга. Как там говорят о капусте? Сто одёжек и все без застёжек. Нечто подобное и здесь. На ногах башмаки, растоптанные до неузнаваемости и перевязанные тряпками, пропитанными грязью. Головной убор когда-то, давным-давно, был гугелем, но утратил форму и цвет, скорее всего, задолго до того, как попал к Нисе. дырка с подозрительно тёмными краями около левого виска прозрачно намекала, что сняли его с покойника, погибшего не своей смертью. В который раз князь Чёрное Крыло задался вопросом — что могла она искать в Дар-Солине? А если находила, то каким образом умудрялась продать или обменять на что-либо из подобранного? Кто мог пойти на то, чтобы принять из её рук... да что угодно... Она же на камне оставляет липкие отпечатки!
Глор вздохнул, вспоминая выброшенные перчатки, отпил из фляги холодной воды и предложил спутникам поторапливаться, чтобы выйти к поселению бескрылых хотя бы к сумеркам.
10.
Поселение бескрылых окружала широкая полоса вырубленного и раскорчёванного леса. А иначе нельзя — дело не только в диких зверях или лихих людях, которым нельзя давать подобраться незамеченными, но и в лесных пожарах. Если пойдёт пал по деревьям, то ничем ты его не остановишь. Только пустое пространство, без молодняка и кустарника, задержит огонь. Лучше бы, конечно, ещё и без травы, но для того, чтобы вскапывать или перепахивать защитную полосу земли, нужна хозяйская воля. И не важно, будет это барон или выборный староста общины, но кто-то должен приказать. А когда приказывать некому, земля зарастает хвощом да пыреем.
Когда крылатые вышли из лесу, у ворот поселения остановился обоз, с которым прибыли харчи и всякие другие мелочи, совершенно необходимые, как лесорубам, так и плотогонам с охотниками, для блужданий вдали от дома. Пять телег, закрытых сверху парусиной от сырости, десяток злых и нахохленных охранников, три купца верхом на мышастых приземистых гиппусах.