Аркадий схватил за руку принцессу Варвару, которая на каблуках была на полголовы выше его, и, расталкивая толпу, вывел девушку на край сцены. Дойдя до края, он развернул девушку навстречу гостям.
– Торжественный бал в честь 16-летия Валерии объявляется открытым! – прокричал Аркадий и замер в ожидании аплодисментов. Наткнувшись на злые взгляды овощей, мушкетеров, ведьм и прочего сброда, Аркадий напрягся.
«Что-то не так. 16 или сколько? А может не Валерия? А может не бал? » – крутилось в его голове.
– Прокричи то же самое, только вместо Валерии скажи Варвара, – подсказала ему именинница, – а то вон тот Омлет тебя скушает.
Аркадий расплылся в улыбке.
– Биг сорри! Торжественный бал в честь совершеннолетия Варвары объявляется открытым, – прокричал он, выделив интонацией имя девушки. На то, что 16 лет это еще не совершеннолетие, обращать внимание никто не стал. Слушать третий раз массовика-затейника не хотелось. Раздались дружные аплодисменты, адресованные непосредственно виновнице торжества. Варвара, подняв тяжелую юбку, сделала глубокий реверанс с поклоном.
Аркадий, не унывая по пустякам, стал энергично раздвигать гостей, что бы образовался круг. Гости нехотя раздвинулись.
– Маэстро, вальс, – крикнул Аркадий, взмахнув рукой. Спиноза поднял дирижерскую палочку и начался Штраус. Аркадий встал в центр круга и лихо закружился. Сделав несколько кругов, он стал выбирать себе пару. Желающих не было. Только с третей попытки ему удалось вытащить на сцену Зайку. Зайкой была 45-летняя директорша авиационного завода. Она в жизни почти не потребляла алкоголь, поэтому сейчас, после 4-х фужеров шампанского ее охватила эйфория. Ее эйфория передалась Аркадию, промилле которого было на порядок выше.
– Раз. Два. Три, – кричали они хором, кружась в одиночестве по сцене.
Наконец, музыка, выдав мощную коду, кончилась. Аркадий и Зайка склонились в поклоне. Аплодисментов не было. Подняв голову, Аркадий понял, что их вдохновенный танец жестко проигнорировали. Народ топтался, ища, как поближе расположится к фуршету. Аркадий отпустил Зайку, которая полетела за пятой дозой, и немножко растерялся. «Стадо не хотело пастись».
Тут к нему подлетели две малышки-близняшки, которые так и остались феями.
– Палочка, палочка крутись от смеха, преврати эту мочалку в человека, – прокричала Марина.
– Палочка, грызь-грызь. Мочалка в человека превратись, – прокричала Карина и близняшки стали махать палочками в сторону артиста.
– Девочки идите отсюда. Здесь место для танцев, – раздраженно сказал Аркадий, замахав на них руками.
– Не получилось. Бежим! – крикнула Марина. Феи, взявшись за руки, убежали.
Вахтанг и Лось в костюмах венецианских дожей подошли к губернатору.
– Слушай, Николаич, так то, конечно, все ништяк, но нам места на диванах не хватило.
– Да ты что, Лосяра? – удивился губернатор. – Как не хватило? Не может быть!
– Ты только артиллерию не вызывай. Нам тут своих пантов не надо, – сказал Вахтанг. – Мы в фойе пойдем, а то тут как-то суетливо.
– Да ладно, пацаны, подождите. Сейчас разберусь. Что значит, мест не хватило? Мы на вокзале что ли?
– Оставь, Николаич, не нервничай, – сказал Вахтанг, обняв губернатора. – Не надо никого убивать. Не та тема.
– Не надо никого убивать, – согласился Лось. – Если только того урода.
Лось кивнул на Аркадия, лихо отплясывающего гопак.
– Кстати, Николаич, ты никакой не Соломон. На тебе костюм римского императора, скорей всего Цезаря. Туника, венок, пивной живот. Все на месте. Учи историю в картинках. Мы с моей Асей только кино смотрели.
– Да, Боря, никак ты не еврей, даже обрезание не спасет, – сказал Лось.
Друзья захохотали.
– И маски у тебя не очень-то итальянские, – засмеялся Вахтанг, – разрез глаз косоват.
– Ага. После таких мероприятий главный организатор обычно покупает себе новый Ламборджини, – продолжал смеяться Лось. – Чисто случайно.
Губернатору было не смешно.
3.3
– Что происходит?! Кто это всё придумал?! – прокричал губернатор, вбежав в ложу бельэтажа, где сидел и наблюдал за происходящим, Александр.
– Что именно? – не понял министр.
– Кто придумал стоять всем на сцене?! Кто придумал маски?! Кто придумал всё?!
– Но вы же сами одобрили маскарад.
– Я одобрил маскарад?! Я одобрил танцы и веселье! Где ты видишь танцы?! Где веселье?! – Губернатор показал на сцену, где топтались гости. – Думаешь, если напялить на всех китайские костюмы, то счастьем накроет?