«Тетрис», по сути, тоже одно и то же, как и «бильярд». Как бы хорошо ни начинал игру, медленно усложняясь и повышая скорость, она «победит» тебя так и так. Всё сводится к одному лишь: побить собственный рекорд набранных очков и в ответ получить в рейтинге строчку повыше и весёленький фейерверк со звоном фанфар. Но и от них ни тепло, ни холодно.
Втискивая фиолетовый крест в левый нижний угол игрового поля на экране, Энди дёрнулся всем телом, завалился боком на свёрнутый плед, когда машина неожиданно и резко вильнула с дороги к самому краю обрыва.
– Мать... твою... – ругнулся отец сквозь зубы. Продолжение его реплики перекрыл короткий вскрик матери, а Энди так и не успел спросить, что случилось.
Полулёжа на мягких свёртках, он видел между спинками передних кресел и почти смыкающихся локтями рук родителей узкую вертикальную полоску посиневшего неба сквозь лобовое стекло и дорогу, а по ней, убегая от вернувшегося на асфальт автомобиля, длинными летящими прыжками мчалась какая-то коза или серна. А может, это был олень или ещё кто-то вроде него. Мелькали быстрые ноги, поднималась и опускалась при каждом прыжке коричневая спина, дразнил светлый, почти белый зад с очень коротеньким хвостиком.
Отец с трудом удержал тяжёлый «бьюффард» на опасной трассе, хотя машина и прошлась колёсами по каменной крошке за краем асфальтового покрытия. Энди слышал, как левый борт как раз с его стороны зацепил защитное ограждение. Наверняка царапина останется, отец ворчать потом будет и ругать себя «косоруким неумехой». Подумав об этом, Энди явно так картинку представил и даже громко фыркнул с усмешкой. Спросил:
– Откуда он здесь взялся? Кругом одни камни... Это олень или козёл?
Мама плечом дёрнула, сердито кудрявой головой тряхнула, не ответила вообще, точно считала вопросы эти по-детски пустыми и глупыми, не стоящими ответа.
– Прыгнул сверху откуда-то, прямо с камней... да ещё резко так... – сказал отец, объяснил с удивительной для такой ситуации выдержкой, вот только голос его слегка дрожал, может, от напряжения, а может, это Энди лишь так показалось. – За ним будто гонится кто...
Отец снова попытался глянуть на скалы, там, за окнами автомобиля, и мама резко крикнула:
– За дорогой следи! Чего ты крутишься всё время?
В её голосе были и злость, и раздражение, но ещё больше страха. Она испугалась! Напугалась простого оленя. Но не признает этого никогда, сейчас найдёт какой-нибудь повод обругать отца и этим вернёт себе уверенность и силу.
А отец заметно сбросил скорость, и олень сумел вырваться вперёд. Он успел доскакать до крутого поворота на извилистой дороге. Ещё несколько прыжков – и скроется за возвышающимися камнями, сваленными крутой стеной щербатого серого скальника. И чудо встречи с диким животным после привычного мира многотысячного города останется в памяти лишь мимолётным воспоминанием.
Прыжок! Ещё один! Ещё! И...
И тут на оленя сверху, сминая и ломая кости позвоночника и ног, обрушилась какая-то огромная тёмно-коричневая туша того самого преследователя, от которого не спасли ни быстрые ноги, ни резвые прыжки летящего галопа.
– Что это?! Боже! Что это такое?!! – Мамин крик почти тут же перешёл в оглушающий визг ужаса, когда два гигантских крыла взметнулись вверх, заслоняя дорогу, скалы, небо.
Машина продолжала ехать, как будто отец, глядя на эту чудовищную тварь огромных размеров, застыл в ступоре настолько, что забыл нажать на педаль тормоза. Он держался за руль обеими руками и смотрел прямо перед собой, даже не моргая.
Это был орёл, орёл просто невиданной ранее величины, и это было единственно, что сумел понять Энди. Вцепившись в спинку кресла, он прошептал в изумлении:
– Мамочка... Мамочка родная...
Всё происходило, как при замедленной съёмке фантастического кинофильма: огромная хищная птица, огромные крылья, огромные когти, вонзившиеся в спину рухнувшего оленя – и над всем этим непрекращающийся мамин крик на одной протяжной застывшей ноте.
Удар! Сейчас будет удар! Машина врежется в них, в оленя и в этого крылатого монстра – и всем им придёт хана!