На кухне сейчас хозяйничала только Алина.
Сама Маргарита приобрела вес среди поселенцев. Особенно, когда похолодало. Ведь только от неё зависело, кто следующий обзаведётся удобной кожаной обновкой.
В очаге громко треснуло поленце, рассыпая вокруг яркие искорки и отвлекая от мыслей.
Я с удовлетворением вздохнула, когда первый ковшик тёплой воды пролился на тело. Вода приятно окутала. Мурашки удовольствия пробежали по коже.
Ах, как же хорошо вот так помыться в тепле и безопасности, не оглядываясь по сторонам, опасаясь нападения; не дрожать от ледяной воды и холодного ветра!
Горячая вода одновременно прогоняла усталость и расслабляла. Мягкий пар поднимался вверх, создавая уютный кокон внутри маленькой купальни. Мерцающий свет очага добавлял спокойствия, отбрасывая пляшущие тени на деревянные стены.
Закрыв глаза, я позволила своему разуму блуждать, перебирая в памяти воспоминания о тяжёлой экспедиции. Аромат хвойного мыла, сваренный Лизой, смешивался с теплом воды, успокаивал и снимал стресс, накопившийся за время путешествия.
Усталость от дороги таяла с каждым мгновением.
Не зря баню испокон веков считают чудодейственной!
За спиной резко открылась дверь. При установке дверей вместо железных петель использовали резину шин, отчего дверь гуттаперчиво качнулась назад и с шумом захлопнулась за вошедшим.
Это был Никита. Он остановился у входа. Помедлив, ничего не говоря, он по—военному быстро разделся и шагнул вперёд.
— Ты же не против? – хрипло спросил Соболев.
Взгляд он целомудренно отвёл в сторону очага в отличие от меня. Я жадно осмотрела то, что уже стала считать своим. Резко выдохнув, я отвернулась и продвинулась вглубь комнаты, жестом приглашая подойти ближе ко мне.
— Не против. Давай, помогу обмыться. Я почти всю горячую воду выхлюпала.
Никита, почувствовав в моем жесте невысказанное приглашение, сократил расстояние между нами. Огонь очага отбрасывал тёплый янтарный оттенок на его светлую кожу в следах старых ранений, свидетелей непростой судьбы моего мужа.
В мыслях уже закрепилось, что он мой муж. Хм… Никогда не мечтала о белом свадебном платье и штампе в паспорте. А о настоящем мужчине рядом думала, когда очередной любовник оказывался слабохарактернее, чем я. Выходит, мечты сбываются, пусть даже вот таким странным образом.
Атмосфера интимности в пределах этой комнаты ещё больше накалилась, стоило нашим глазам ненадолго встретиться.
Наша история знакомства, разлуки и внезапного воссоединения должна была именно сейчас получить продолжение. Мерцающее пламя отражало танец эмоций на наших лицах. Я и забыла о том, что начала делать. Из руки выпал ковшик, выплёскивая тёплую воду под ноги, когда Никита прикоснулся ко мне.
— Я не возражаю, — сглотнув сухой комок больным горлом, поддалась навстречу ему, обхватывая руками за шею.
Никита кивнул в знак согласия, в его глазах отразилось облегчение и благодарность. Я сделала шаг ближе, и наша близость разрушила барьеры, возведённый временем и обстоятельствами. Со сдержанной нежностью он прикоснулся к моим губам, словно проверяя, не ошибся ли он. Я прикрыла глаза, погружаясь в эту неожиданную нежность, не доступную мне в ни одни прошлых отношениях.
Мы ведь целовались раньше, но сейчас поцелуй заявлял о намерениях – оберегать, заботиться… Любить! А не заниматься дружеским сексом или для снятия напряжения.
После этого поцелуя я оказалась ошеломлена, попав в вихрь эмоций. Это не было похоже ни на что другое, что я испытывала раньше. Моя холодность и сдержанность дали трещину. В воздухе витала новая энергия, невысказанное понимание того, что наша связь переросла в нечто более глубокое, выходящее за рамки простой привязанности.
С каждым ударом сердца я хотела его всё больше. Всего. Целиком и до конца.
Никита наступал на меня, пока мы не опёрлись в стену. Движения его стали жёстче и увереннее. Он походил на первобытного мужчину добывшего желанный трофей. Это было так возбуждающе: его сильные руки, уверенные движения и наше молчание.