— Тримаран нужно ставить на хранение, лучше сделать это до заморозков, пока река не начала прихватываться льдом. Лучше завтра сплавать за глиной и топливом для топки, а после собрать тримаран до следующего сезона.
— Матвей, пойдёшь с Полей. Кого ещё возьмёшь?
— Павла или Дениса. Они следы читать умеют.
— Ты же хотела взять Аню. Значит, пусть Денис с вами плывёт. Денис Степанович, вы завтра с супругой отправляетесь в свадебное путешествие! — шутливо выкрикнул Никита. Раздал смех. Позубоскалить все любили.
— Значит, и у нас с Полиной, — весомо обронил Матвей и Никита вздохнул, сожалея, что не может поехать вместе с нами. — Кто ещё, Полин?
— Гена с Лизой, Илья и Тимур. Он хорошо гребёт в команде.
— Тогда завтра встаём на рассвете, — подытожил Никита, поднимаясь. — Работы много. А день короток. Рита, закругляйся.
Я совсем забыла, что то, что обычно называют камышом, на самом деле РОГОЗ. Дня наглядности иллюстрация! Только у рогоза съедобные клубни. У аира ядовитые, но в малых колличествах его используют, как лекарство.
Для атмосферы:
Глава 13. Опасность на каждом шагу
Лагерь просыпался неохотно. Небо над горизонтом только-только начинало светлеть, окрашиваясь в холодные серо-розовые оттенки. Воздух был ледяным, и каждый выдох оставлял в утреннем сумраке облачко пара. Печь ещё держала остатки ночного жара, но в доме было прохладно.
Первой поднялся с постели Матвей, подошёл к очагу и подбросил дров. Огонь затрещал, пожирая сухое дерево. Пахло золой, смолой и немного дымом. Кое-где через мелкие трещинки глиняной печи просачивался дымок. Рядом послышался тихий разговор Дениса с Аней. Гена встал и вышел на улицу, впуская в дом морозный воздух.
Пора было вставать. Я села и за мной тут же поднялся Никита.
— Сколько времени? — его голос со сна был севшим.
Взглянув на наручные часы, ответила:
— Половина восьмого. Пора собираться.
Сегодня мы отправлялись за глиной в последнюю экспедицию этого года. Это был последний шанс пополнить запасы, прежде чем реки скуёт лёд.
В дорогу брали походный котелок с треногой, топор, лопаты, корзины и плетни, которыми обычно на тримаране ограждали место, куда ссыпали груз. Я свернула все три спальника, которыми на плоту укроются те, кто не будет грести: Аня, Илья, Лиза и Денис. Гребцы — Матвей, Гена и Тимур — получили выделанные волчьи шкуры. Их закрепили на плечах наподобие плащей, чтобы ветер не так пронизывал насквозь. Я надела всё, что у меня было в запасах, даже сверху накинула клеёнчатый дождевик, чтобы ветер не так продувал.
В лагере оставались лишь женщины и дежурный мужчина, занятые своими делами. Все остальные после завтрака ушли заготавливать дрова.
Рита склонилась над раскроенной шкурой, готовясь шить первую меховую куртку. В тёплой одежде нуждались все. Но, портниха у нас одна, хотя главное было не это, шить можно научить любого, был бы стимул, а то, что выделанных шкур на всех не хватало. Новая партия лежала в отмочке и до полной выделки было далеко. Фартовым оказался Андрей, морячок. Это даже хорошо. У них с Егором один размер, смогут по очереди выбегать на улицу, пока очередь дойдёт до второго морячка. Остальные мужчины были крупнее.
Илона села за наш экспериментальный ткацкий станок. И под присмотром Риты, пробовала ткать полотно. Она была вдвойне заинтересована в ткани. Когда ребёнок родится, у нас даже не во что его будет завернуть. Ну, разве что порезать мою палатку, но это совсем не выход. Этот материал совсем не предназначен для подобных целей! Всё равно, что в верх от зонтика завернуть младенца, ну или в брезент, если рассматривать вторую палатку.
Алина — сосредоточенная, серьёзная, перебирала пальцами подготовленные волокна хвои. Из них предстояло спрясть тонкую нить. Кстати, носками из этой пряжи я была очень довольна! Ногам было тепло и совсем не колко.
Мы отправились рано, сразу после завтрака. Сначала шли вверх по течению до острова Байды, затем вошли в устье реки Верхняя Хортица. Ветра здесь было меньше, чем на Днепре, но вода оставалась холодной и тяжёлой. Весла поднимали тугие волны, вспенивая их у бортов тримарана.