— А вообще хороший вариант, — вмешался в разговор Лев Аркадиевич. — Обычный сфагновый мох мало того, что влагу впитывает отлично, так ещё и антибактериальными свойствами обладает.
— Да, мох, конечно, идеален, но сейчас его не достать, — вздохнула я, прервав недолгое молчание.
Лица окружающих вытянулись. Казалось, решение вот-вот найдётся, и вдруг снова тупик.
— А если использовать тонкие шкурки? — неожиданно предложила Рита, оживившись. — У нас же есть запас выделанных шкурок зайца и пару белок. Их мех очень мягкий, тонкий и влагу держит неплохо. И тепло сохраняет.
Я задумалась. Идея звучала странно, но в нынешних условиях стоило хотя бы попробовать.
— Получается, мехом прямо к коже? — засомневалась Лиза, нахмурившись. — А раздражения не будет? Всё-таки мех, хоть и мягкий, но…
— Это же лучше, чем ничего, — ответила я. — Главное, чтобы не было грубых швов. Можно подкладывать тонкую ткань из моих футболок между мехом и кожей малышки. Так мы снизим риск раздражения.
— Нет, футболки лучше не резать на тряпочки. Если ты разрешишь, то я лучше сошью комбинезончики, шапочки и носочки. Надюша вырастит, а вещи перейдут следующему младенцу, — Рита покосилась на Алину. — А со шкурок я уже представляю, как выкроить такие подгузники, чтобы было удобно менять.
— А шкурки после намокания не задеревенеют? — спросила Аня, стараясь продумать все детали.
— Шкурки, конечно, могут задубеть, если неправильно сушить, — задумчиво сказала я, прикидывая варианты. — Но если после каждого использования тщательно промывать их тёплой водой и мягко разминать в руках при сушке, то жёсткости можно избежать. Только сушить надо не на сильном жару, а медленно, подальше от печи, тогда они не будут деревенеть.
— Я бы предложила смазывать их ещё и жиром, — вмешалась Рита. — Немного, самую капельку. Тогда кожа останется мягкой и более водоотталкивающей.
— Да уж, как всё сложно, — вздохнула Алина, но взгляд её был сосредоточенным. — Хотя… Что для малышки не сделаешь?
— Вот именно, — улыбнулась я. — Главное сейчас — чтобы Надюше было сухо и тепло. Всё остальное вторично. В конце концов, пока мы заперты в четырёх стенах и нас много, то справимся!
— С этим проблем не будет, — вступил в разговор Лев Аркадиевич. — Я готов помогать.
Я перевела взгляд на Никиту. Конечно, энтузиазма на лице нашего предводителя я не увидела, но от его согласия зависело — придут ли на помощь остальные парни или нет.
— Если мы все навалимся, то только выиграем, — Никикта усмехнулся. — — Ну, должен же я для сына невесту помочь вырастить. Илюха, смотри какая певунья, подрастает, — девочка как раз проснулась и что-то мелодично гулила, высунув ручку и з пелёнки и размахивая кулачком.
Илюша недовольно фыркнул и отвернулся от Лизы на руках которой была Надежда.
— Ну зачем мне невеста? Тем более такая маленькая и плаксивая.
Все рассмеялись, и даже я, глядя на него, не смогла сдержать улыбки. Кажется, впервые за долгое время в доме снова стало спокойно и уютно, а наша маленькая Наденька постепенно превращалась из постоянной проблемы в нашу общую радость.
Вскоре стало понятно, что эксперимент удался: Наденька стала меньше плакать, и даже покраснение, появившееся ранее, стало постепенно сходить. Регулярные воздушные ванны тоже сделали своё дело.
К тому же теперь малышка стала буквально ходить по рукам, давая возможность Илоне полноценно отдыхать и восстанавливать силы. Девушки по очереди брали Надю на руки, с улыбками и радостью, и напряжение в доме постепенно начало спадать.
Даже мужчины не остались в стороне. Моё сердце сладко сжималось, стоило увидеть, как кто-то из моих мужей брал малышку на руки. Когда широкие, привыкшие к тяжёлому труду ладони Никиты или Матвея осторожно, почти боязливо подхватывали крошечное тельце, внутри меня разливалось тепло. Никита слегка напрягался, боясь лишний раз пошевелиться и потревожить Надю, а Матвей, наоборот, совершенно естественно, почти сразу начинал напевать ей какие-то тихие мелодии. Казалось, что в эти мгновения даже суровость зимы за окном отступала, уступая место нежности, заботе и теплу, которые, я была уверена, достанутся и нашим будущим детям... если они вдруг у нас появятся.