Челси встает на парапет крыши и смотрит на ночной город, с ненавистью сжимая кулаки. Она уже почти готова спрыгнуть, в голове стоит тот самый момент, когда на груди у Дестани сияет брошь Чармикса, как вдруг...
Челси понимает, что не слышит ничего. Абсолютно. Ни гула машин внизу. Ни пьяных возгласов где-то в соседних дворах. Вообще ничего. И свет огней становится приглушенным, будто Магикс в один миг накрыл туман. А потом Челси видит его. Вдалеке, у самых окраин. Но ее глаза округляются от страха. Она бы и рада сбежать, улететь подальше отсюда, но будто к своему месту прирастает, стоит на парапете, не в силах пошевелиться.
Он будто бы плывет. Огромный заяц с торчащими вверх ушами, он выше в два раза самых высоких многоэтажек Магикса. Пухлый, с черными и пустыми, словно холодный космос, глазами, полупрозрачный, он идет по городу, легко минуя дома, пропуская их через себя.
Челси даже заплакать не может, но кровь стынет в ее жилах, и больше всего на свете она мечтает убраться отсюда. И заяц становится все больше. И выше. И ближе. Идет среди домов. Невозмутимо так, уверенно. И смотрит, не отрываясь, вперед. А Челси стоит на парапете. И находится будто бы на ладони. Но он же не увидит ее. Он же не... И тут заяц останавливается и смотрит своими бездонными глазами прямо на нее. Челси даже дышать не может. Ее сердце почти останавливается. А затем она погружается в темноту.
====== Глава 28. Шайни ======
- Я просто рада, что ты вернулся.
Мы целуемся. Долго и сильно целуемся. Он обнимает меня за талию, а я запускаю руки в его чуть жесткие волосы. Это он, это тот человек, которого я люблю, к которому я привыкла и которого... Так долго ждала. Теперь же кажется, будто он никуда не исчезал. Этот адский сентябрь остался позади, и я знаю, что больше никогда не допущу такой ошибки. Не потеряю его. В третий раз я, наверное, просто не вынесу.
- Я тоже. В Магиксе круче. Гораздо.
- Потому что это наш родной мир.
Все кажется таким простым и таким понятным. В такие моменты думаешь о том, как же здорово жить именно там, где ты живешь. Земля... Другая история, другое развитие. Мы достаточно много времени проводим на ней, чтобы увидеть разницу, понять и научиться ценить собственный мир. Ведь многое не заметишь, пока не сравнишь.
Во всех наших сердцах живет Дракон. Мы свободны. Наши законы – самые гибкие и лучшие. В нашей вселенной открыты все возможности. Даже если ты не обладаешь волшебством. Стоит только элементарно оглянуться вокруг.
- Именно. И я не собираюсь из него драпать, – Рив аккуратно просовывает руки мне под футболку и ловкими движениями расстегивает бюстгальтер. Я даже вздрагиваю, потому что это так непривычно: обычно я щелчком пальцев избавляюсь от нашей одежды, чтобы не терять лишнего времени. Я даже и забыла это ощущение. Усмехаюсь и задираю руки, чтобы Рив снял с меня футболку, которая тут же улетает куда-то прочь, а лямки бюстгальтера легко соскальзывают с моих плеч, и он оказывается у моих ног.
Я проделываю то же самое с его футболкой и задерживаюсь на секунду, чтобы погладить его мускулистые руки. Дракон, я скучала. Скучала по этому телу. Но у меня впереди еще целая жизнь, чтобы насладиться им сполна. Щелкаю пальцами. Так все же привычнее.
Рив проводит рукой по моей щеке и уже тянется, чтобы опрокинуть меня на кровать и перейти к делу, а я почти отключаюсь от реальности, как... Сгибаюсь от невероятного жара внутри. У Рива тоже лицо кривится от боли, и он без сил опускается на пол, обхватывая себя руками. То же делаю и я. Спина. Я не могу до нее дотянуться, но кажется, будто она горит. Я ору, потому что такое чувство, будто к моей коже приложили что-то раскаленное. Рив клацает зубами с такой силой, что я не сомневаюсь: с ним то же самое.
- Что происхо... Да нахрен! – Рив тяжело дышит.
Я же будто бы улетаю. Растворяюсь. Исчезаю. Судорожно втягиваю воздух, потому что не хочу, не хочу умирать, но такое ощущение, будто я распадаюсь на части. Единственное, что еще удерживает меня, это нечто, горящее на моей спине, и я тянусь к нему изо всех сил, потому что не хочу исчезать.
Из глаз непроизвольно льются слезы, настолько больно, настолько... Страшно? Через пару минут странное ощущение заканчивается. Мы возвращаемся в реальность. Я позволяю себе маленький приступ рыданий, а затем бросаюсь к Риву, который смотрит в одну точку безжизненным взглядом.
- Рив? – разглядываю его. – Рив? Что слу...
Он закладывает руку за спину. Понимаю с полуслова и осматриваю его сзади. И... Раскрываю рот от удивления. На его спине красуется огромное клеймо, проходящее точно между лопатками. Я дотрагиваюсь до него и тут же отдергиваю руку: горячее. Будто кто-то выжег на нас... Выжег... Без слов поворачиваюсь к Ривену спиной.
- У тебя там какая-то хрень, э-э-э... Типа клейма.
- У тебя то же самое.
Мы вопросительно смотрим друг на друга. И ничего не понимаем.
Последние клейменные... Все тринадцать собраны. Четырнадцатого не клеймишь. Ибо он... Не человек.
Челси никого не слышит. И ничего не видит вокруг. Все звуки будто бы находятся в отдалении. Хохот и голоса одноклассниц проходят мимо нее. Она не может сосредоточиться ни на чем: взгляд выхватывает что-то из странной и размытой пелены, а затем она забывает, на что только что смотрела.
Челси все делает на автомате. Встает по будильнику. Идет на уроки. Выслушивает недовольство Гризельды. Тупо кивает головой и ничего не произносит, будто не слыша завуча. Гризельда пытается достучаться до нерадивой ученицы, но та находится в некой прострации. Челси идет на обед и медленно поглощает еду. Долго зависает с ложкой у рта. Не обращает внимания на удивленные взгляды одноклассниц. Снова идет на уроки. Сидит, но ничего не пишет. Хорошо, что сегодня нет самообороны – не нужно драться. И нет конвергенции, это тоже отлично. Сегодня ее не трогают, не спрашивают, не замечают. Дестани в параллельном классе. Но и для Дестани ее больше нет.
Иногда это имя отзывается в сердце странной болью, что на миг отрезвляет сознание и будто возвращает Челси в нормальное состояние. Но через секунду она уже снова смотрит невидящим взглядом сквозь людей и молчит.
Она едва помнит, как добралась в Алфею. Все, что произошло вчера, кажется очень далекими, смутными воспоминаниями. Она очнулась лежащей на крыше: видимо, завалилась назад от страха и шока. Когда Челси открыла глаза, Магикс стал прежним. Огромного зайца больше не было. Все пришло в норму, но что-то случилось с ней самой. Она до сих пор помнит взгляд черных, бездонных глаз.
Челси на ватных ногах поднимается и идет в коридор, потому что звенит звонок с урока. Она никого не замечает. Мимо проходит Дестани с подругами, но Челси не видит ее. Она вообще никого и ничего вокруг себя не видит. Челси идет по коридорам Алфеи, не обращая ни на кого внимания. Бездумно бредет точно по центру, распугивая окружающих фей, но те тут же забывают про нее, погружаясь в свои дела. Равнодушная школа. Равнодушные люди.
Челси гуляет по школе, ни о чем не думая. Никого не слыша. Никого не видя. И не подозревая, что другие тоже ее не замечают. Она не стала невидимкой в прямом смысле. Просто что-то изменилось. Она в отдалении от людей. И люди – от нее.
Перед глазами стоит лишь гигантский заяц и его бездонные глаза, которые смотрели на нее. Челси знает, что он обратил свой взор именно на нее. Он видел ее. Глядел на нее. Из всего многомиллионного города заяц выбрал ее.
Морально фея все еще на той крыше, еще той ночью. Физически – здесь и сейчас. Челси все делает на автомате. Кажется, что из нее вытянули все. Челси не сразу замечает, что рядом с ней замирает незнакомая фея.
- Слышала? – спрашивает она.
Челси качает головой.
- А между прочим, об этом многие говорят... В Алфее творятся странные вещи. Ты что-нибудь знаешь об этом? – Челси пожимает плечами.
Незнакомка опирается спиной о стену. У нее длинные фиолетовые волосы и красные глаза, которые умиротворенно созерцают все вокруг. Фее, кажется, все равно на страдания и состояние Челси. Но она определенно хочет с ней говорить.
- Кто ты... – Челси впервые, пожалуй, за весь день раскрывает рот.
- Твой проводник, – фея расслабленно смотрит на нее. Кажется, она тоже находится не здесь. Ее взгляд рассеянно блуждает по сторонам.
- А...
- Странные вещи, понимаешь? Пугающие, ненормальные и странные вещи.
Челси пожимает плечами. Ей все равно. Она ничего не понимает. Не слышит.
- Полубаран, полукозел и полубык. А еще он, – продолжает незнакомая фея.
- Он? – тупо переспрашивает Челси. Ей кажется, что ей снится сон. На самом деле этого нет. Она ни с кем не говорит. А где она? Да хоть на той крыше.
- Да, он. И он всем помогает. Он знает, как, – на последнем слове фея делает акцент. Челси непонимающе пялится на нее.
- Всем помогает? – чуть удивленно спрашивает она.
- Именно, – соглашается незнакомка, – и мне помог.
Мимо них проходят феи. Десятки фей снуют туда-сюда, но никто не замечает двух учениц, стоящих около одной из стен. Их будто бы обходят. Обтекают. Но Челси этого не понимает. Челси вообще ничего не осознает.
- Тебе нужна помощь, – продолжает незнакомка. Челси не особо слушает, но соглашается. – Он даст тебе эту помощь, – продолжает фея, – он всем помогает. Прямо здесь, в стенах Алфеи.
- Да, – наконец, осмысленно произносит Челси, – помогает.
- Они собираются по ночам. В это время спокойнее. И по-другому все ощущаешь, – фея чуть мотает головой и беззвучно смеется, – этой ночью не собираются. А завтра – да.
- Завтра? – Челси пытается сфокусировать взгляд, но перед глазами все плывет. Звуки растворяются, реальность – тоже. Тело тяжелеет, и она опирается о стену, как и незнакомая фея, отчего-то заговорившая с ней.
- Да. Ливанда.
- Что?
- Ливанда. Меня зовут Ливанда, – беззвучно смеется фея. – Тебе помогут. Приходи, и тебе понравится. Я знаю.