Мэтр, наконец, изволит появиться. Его встречают восторженными рукоплесканиями, пока он, чувствуя себя королем данного вечера и жизни вообще, усиленно и долго распинается о том, как много для него значит искусство, что именно он вложил в свои работы и что именно хотел передать. А в это время щелкают десятки телекамер, журналисты и работники различных каналов тут как тут. Завтра по телевизорам покажут короткие репортажи об этом событии, после чего оно канет в небытие. Пока же вечер только открывается, после продолжительной речи гостям предложено насладиться прохладительными напитками и посмотреть выставленные здесь картины, может быть, даже прикупить парочку.
Дафна и Сиреникс невозмутимо, даже нарочито лениво прогуливаются вокруг картин, замирая рядом с ними на несколько минут, задумчиво рассматривая их и пытаясь углядеть ту загадочную мысль, которую припрятал в них мэтр. По их лицам гуляют отстраненные улыбки, и невозможно понять, что проносится в их голове.
Иногда они перебрасываются парой слов с другими гостями, делясь своими размышлениями и получая удовольствие от расслабляющих бесед. Многие отмечают живой и острый ум Торена, способный найти в картинах смысл, который, кажется, запрятан в них невероятно глубоко, и его цепкий, внимательный взгляд, выхватывающий не замеченные никем детали, что позволяет по-новому взглянуть на висящие на стенах холсты, сложить воедино все мысли и построить несколько новых гипотез, которые неизменно приводят слушателей в восторг. Вокруг них толпятся, их слушают, женщины кокетливо смеются, нахваливая льющиеся медом речи змея, а мужчины отмечают в нем достойного собеседника.
Им даже удается побеседовать с самим мэтром, так и переполняющимся, почти лопающимся от осознания собственной важности. Мэтр, бахвалясь и изрядно перебрав, чуть ли не руками размахивает, удостоившись внимания таких широко известных персон. Они говорят почти пятнадцать минут, а затем Сиреникс пожимает ему руку, а мэтр неуклюже целует запястье Дафны, они прощаются, рассыпаясь в извинениях, сообщают о том, что больше не могут здесь задерживаться, и сбегают на открытую террасу, где, не тратя лишнего времени, перемещаются, величественно проходя сквозь пространство, чтобы очутиться в надежных стенах королевского дворца Домино, в его тихих и родных коридорах.
- Как тебе? – спрашивает Дафна, когда они оказываются только вдвоем, легко шагая по покрытому дорогими коврами полу.
- Люди везде остаются людьми, – пожимает плечами Сиреникс. Его взгляд – задумчив, а голос – тих. – И здесь ничего не изменилось.
- Клейма стоят на всех шестерых. И на их вторых половинах.
- На всех, кроме меня.
Дафна вздрагивает, слегка удивленно смотря на змея. Тот лишь качает головой.
- Похоже, есть какая-то закономерность, которой мы не знаем.
- Так и есть. Мы действительно не знаем, к чему все это приведет. Однако я могу сказать только одно: в клеймах заключена сила. И явно нечеловеческая. С тех пор, как твоя спина отмечена, ты становишься чем-то… Другим.
- В них я не заметила изменений.
- Возможно, потому что они вращаются преимущественно среди себе подобных. Ты соприкасаешься со мной – ты меняешься быстрее.
Дафна задумчиво созерцает пустоту перед собой. Она вспоминает почему-то, как летела, находясь на грани, по этим самым коридорам, держа на руках беспомощную Блум, а за ней гнались сошедшие с ума старухи, которыми двигала только одна цель – заполучить в свои цепкие руки Огонь Дракона. Сейчас же все это кажется невероятно далеким.
- А у Рокси…
- Ни у нее, ни у ее подруг клейм нет. Кардинал сказал бы мне сразу же.
- У вас удивительная дружба, если это можно назвать так, – чуть улыбается Дафна, глядя в неподвижные глаза Сиреникса. – Я бы хотела увидеть его, их… Вот так, без всяких ограничений. Чтобы было ясно, кто есть кто. Чтобы никто не скрывал свою истинную суть.
- Думаю, для этого придет время. Когда фея животных будет готова, он предложит ей то же самое. И тогда она встретится с тобой как равная с равной, и в ее сердце не будет страха.
Дафна кивает, удовлетворенная таким ответом. Строить странные и прозаичные планы на будущее в последнее время ей нравится. Целых двадцать лет она была лишена этого удовольствия и теперь наверстывает упущенное. Многие точки расставлены, но до финала еще далеко. Дафна это чувствует, поэтому позволяет себе расслабиться лишь на некоторое время. И все же… Сейчас стало намного легче. Это она не отрицает. И то, что в будущее, каким бы оно ни было, нимфа готова вступить, это она тоже знает. И готовится в любой момент высоко поднять голову и сделать первый, торжественный шаг в новое. А Сиреникс молчаливым спутником последует рядом с ней.
====== Глава 51. Любовь, граничащая с фанатизмом ======
Рокси чуть ли не визжит от восторга. В душе Рокси танцует от счастья, а наяву несется на уроки и обратно, крепко зажмурив глаза и глупо-глупо улыбаясь. В такие моменты в ее сердце просыпается щемящая любовь к волшебному измерению, и кажется, что это чувство ничем не перебить.
Солярия. Целых три дня они проведут на ее любимой, солнечной Солярии, на которой Рокси была только один раз в своей жизни, но уже тогда эта планета заняла свое особое место в иерархии привязанностей феи животных. Магикс кружил ей голову. Солярия же казалась недосягаемым образом, прекрасным и таким желанным.
И вот теперь случилось то, о чем она даже и мечтать не смела. С двадцать первого по двадцать третье ноября всю Алфею вывозят на Солярию, где поселят в шикарном отеле на одной из главных улиц столицы солнечной планеты. Три дня прекрасного настроения. Разумеется, у них заказаны экскурсии и непременно в самые волшебные места, но самое интересное-то ожидается после них, в свободное время.
Сейчас два часа ночи, а через час они полетят на огромном космическом корабле и где-то в девять часов утра прибудут на Солярию. У Рокси глаза разбегаются, когда она наблюдает за живущим своей жизнью космопортом. На лавочках тут и там сидят сонные и бодрые, молодые и престарелые люди (и представители других рас) с чемоданами и налегке, нервно теребя в руках билет и проводя часы ожидания с достоинством. На больших электронных табло высвечиваются названия и номера рейсов, приятный женский голос объявляет, что сейчас у такого-то входа ожидается посадка на корабль такой-то. Они располагаются на втором этаже, и Рокси может видеть, как в постоянно открывающиеся двери заходят люди, как толпятся в очередях у касс, как проходят регистрацию. Сама Рокси уже прошла все необходимые процедуры и теперь может отдохнуть, вытянувшись рядом со своей небольшой сумкой. Кристалл сидит здесь же, прикрыв глаза, а вот Ана куда-то ускакала. Впрочем, она довольно быстро находится и, возвращаясь, тащит с собой подруг, чтобы закупиться приятной мелочовкой вроде книжек, орешков, газировки и еще парочки бесполезных предметов. Рокси нравятся все эти маленькие отдельчики и магазины, расположенные в здании космопорта. Везде толпятся люди, везде кто-то что-то покупает. В этом есть своя особая прелесть, и фею животных она захватывает целиком и полностью.
При возвращении к своим местам они находят Лиссу, которая, расположившись на сидении Аны, задумчиво потягивает через трубочку колу и листает новости в телефоне.
- Давайте сделаем селфи! – радостно вскакивает она, видя троицу.
Рокси слегка качает головой, иногда она просто не выдерживает этой неуемной энергии Лиссы, скачущей туда-сюда со своим фотоаппаратом, вечно что-то снимающей, редактирующей, выкладывающей и все такое. Но Ана соглашается, притягивая к себе фею исцеления и фею животных, а Лисса настраивает телефон и магией направляет его немножко подальше от себя, чтобы он заснял улыбающиеся лица всех четверых фей. Вспышка, и фотография сделана. Радостная Лисса что-то щебечет и говорит, что ей пора к своим, после чего ретируется со скоростью света.