С каждым предложением глаза Валтора лезут на лоб все больше. Когда Текна заканчивает рассказ, он ошарашенно смотрит на нее.
- И это... Никогда бы не поверил.
- Ты сражался против Команды Света многие годы. Тебе не казалась Фарагонда странной?
- Не сказать чтобы. Но она была... Властной и умной женщиной. Хитрым противником. Но сражалась на стороне света. Хотя я и не исключал никогда, что может быть в ней что-то такое... Не то чтобы я подозревал, просто, гм... Она казалась мне не совсем чистой, – произносит демон.
- Что ж, похоже, мы движемся в верном направлении, – усмехается Текна.
- Ладно, беру свои слова обратно. Тебе тоже пришлось не так уж и хорошо, как и всем вам. Хотя я и не жалею вас, Винкс. Во многом вы виноваты исключительно сами. Дальше Энчантикса вас идти никто не заставлял.
- Не могу не согласиться, – соглашается Текна.
- Все будто с ног на голову переворачивается, – признает Валтор, – мы оба в тех еще дерьмовых ситуациях оказались. Мы понимаем друг друга и...
- Мирно сидим и разговариваем. Странные времена. Я сижу со своим врагом, которого уже таковым не считаю, и мирно беседую, подозревая собственную директрису в том, что она нас использует.
- Согласен, – кивает Валтор.
Текна прижимает руку ко лбу и в бессилии прикрывает глаза. Это нелогично. Невозможно!
- Нет, это бред, – мотает головой она, – это какой-то бред. Слушай. Хорошо, – словно делает одолжение для себя и демона фея технологий, – только скажи мне одну вещь. У тебя была возможность сбежать. Спокойно пропасть. Но почему ты... Пошел на такой риск и рассказал мне обо всем?
Валтор, постукивая пальцем по столешнице, делает вид, что чуть-чуть задумался, а потом произносит:
- Не знаю.
- Что? – Текна моргает.
- Говорю же: не знаю, – чуть раздраженно произносит Валтор, но затем нехотя признается. – Просто мне гложило странное чувство... Что ты имеешь право знать. Хоть я и не виноват в его смерти, ты заслуживаешь, чтобы тебе сказали правду о случившемся.
- Вот, значит, как, – задумчиво произносит Текна. – Н-не ожидала такого от демона, – она поражена. Не до глубины души, но что-то такое внутри переворачивается. И на секунду становится больно.
Демон и чувство... Нет, не вины, но чего-то до боли похожего на нее. Валтор ощутил обязанность рассказать ей. Поступая чертовски нелогично, рискуя собственной безопасностью, он подумал о ее чувствах.
Что же не так с этим миром? Или виновата бабочка?
====== Глава 22. Самоистязание ======
Стелла с тяжелым, гулко стучащим сердцем поднимается на прозрачном лифте в главном офисе компании Баттер Индастрис. Губы феи солнца плотно сжаты, ладони – вспотели, а сама она как на иголках. Но ждать она больше не может. Просто нет сил.
Чем выше Стелла поднимается, тем сильнее ее колотит. Фея дрожит, будто бы от озноба, но никак не может взять себя в руки.
Вторая половина понедельника. Двадцать второе сентября. Завтра – день рождения ее любимого, ее самого лучшего и невероятного Брендона. Подарок уже куплен – волноваться не о чем. Стелле бы сейчас бегать по магазинам в поисках платья, которое она наденет на “тот самый день”, но вместо этого фея солнца решает проблемы своего лучшего друга. И свои заодно.
Не сказать, чтобы Мификс ее об этом просил. Они вообще не говорили об этом. Сирин вел себя так, будто бы не получала Стелла трансформации, с которой у него свои счеты. А фея солнца избегала говорить с ним на эту тему, хотя и страшно желала этого. Просто знала, как может отреагировать Мификс.
И поэтому решила разобраться во всем сама.
Всего лишь мысленное обращение к Баттерфликс, и встреча назначена. Стеллу провожает до нужного кабинета девушка с ослепительной улыбкой и идеальной прической. Фея солнца чувствует себя скованной в такой атмосфере. Там, где Баттерфликс, веет деловым тоном, официальностью и строгостью. Стелле от этого не по себе. Стелле нужен хоть какой-то глоток жизни.
Когда за ней закрывают двери кабинета, фея солнца оказывается прямо напротив Флай Аквелы. В неизменном костюме, с неизменной прической, на неизменном стуле и за неизменным занятием – просмотром многочисленных документов.
- Мисс Стелла? – при ее появлении Баттерфликс откладывает бумаги в сторону и внимательным взглядом смотрит на принцессу Солярии. – Чем могу быть полезна? У вас, так понимаю, появились вопросы личного характера?
- Мадам Аквела, – выпаливает Стелла, – я спрошу вас прямо. Представляете ли вы для нас угрозу?
И тут же прикусывает язык. Пока она добиралась сюда, сто раз уже сформулировала в голове этот вопрос по-другому. Более тактично, вежливо и отстраненно. Но слова уже сказаны. И дороги назад уже нет. Флай Аквела с минуту молчит, неотрывно смотря на Стеллу. Как и любая Древняя, она не моргает в присутствии людей, которые в курсе ее истинной сущности.
- Что вам известно, мисс Стелла? – наконец интересуется Флай Аквела. Как обычно, деловым и чуть холодным тоном. Ни намека на гнев или раздражение. Стелла сглатывает. Неужели прокатило? Додумалась ведь: прийти к потенциальному сообщнику Фарагонды и в лоб спросить о своих подозрениях. Дракон, только она, фея солнца и нынешняя принцесса Солярии, способна на такую глупость!
Но отступать, в общем-то, уже поздно.
- Может, вы вспомните один июльский день. Чаепитие с мадам Фарагондой. Вы в своем истинном образе, – Стелла смотрит прямо в глаза Аквелы, но та молчит. И фея продолжает. – Я была там. Прицепилась к оконному стеклу и наблюдала. Я бы, наверное, еще осталась, если бы... Если бы меня не забрал оттуда... Мификс.
Произнося имя своего лучшего друга, Стелла пристально следит за Баттерфликс. Та кажется примером потрясающей выдержки и самоконтроля. Ее ничто не способно вывести из себя. Она разрешит любую проблему и, не колеблясь, встретит все трудности. Такое впечатление создается на первый взгляд.
Но Стелла – хоть и дура – умеет кое-что подмечать в людях. И не только в них – во всех живых существах. Особенно женского пола. Это всего лишь секунда, но Стелле достаточно, чтобы увидеть, чтобы понять и даже стать к бабочке ближе. На секунду в глазах Баттерфликс вспыхивает ярость. И ненависть. И... Фея даже почему-то не удивляется... Любовь. Древняя, бесполая трансформация всего лишь на миг становится той, кого прячет под своей ледяной маской, – разозленной, уязвленной, обиженной, сильно любящей и горящей от своих чувств женщиной.
Всего лишь на миг. Но Стелле и этого достаточно. Баттерфликс знает, что фея видела. И прочла. Стелла на секунду прирастает к полу: ей страшно, потому что женщины (не столь важно, люди они или Древние) – самые опасные существа в мире. И они могут сотворить все, что угодно. Но к счастью для феи солнца, Флай Аквела быстро берет себя в руки. И уже ничто больше не напоминает о ее маленькой вспышке гнева.
- Значит, мне тогда не показалось. Я чувствовала, что за нами наблюдают.
- Вы сказали об этом Фарагонде? – Стелла сверлит Флай Аквелу взглядом. Но та качает головой. На душе у феи становится немного легче, но вопрос Баттерфликс ее буквально ошарашивает:
- Мисс Стелла, – произносит бабочка чуть устало, – не ходите вокруг да около. Скажите, что вас интересует на самом деле.
Стелла прикусывает язык. Похоже, Флай Аквела действительно умна. И в любой момент может ее считать, как это регулярно проделывал Мификс: для удобства или, возможно, потому что не умел по-другому. Но бабочка – дело иное. Бабочка маскируется под людей и вполне успешно вливается в их общество. Она цивилизованна, собрана и предельно вежлива. У нее хорошая осанка, и она лучится уверенностью. Баттерфликс не нужно подавать себя – окружающие сами увидят, что им следует. Аквела никогда не давит на собеседника, держится отстраненно, но всегда располагает к себе. Где бы бабочка ни появилась – исход очевиден: доминировать будет она. И решать тоже. Стелла отлично знает такой тип.