О да, это я понимаю отлично.
У меня было два пути. Первый, классический. Обычно детей с задатками отбирали и обучали по усиленной программе, чтобы примерно в моём возрасте окончательно решить, потянет претендент обучение в рыцари или нет. Если ребёнок показывал хорошие результаты — до шестнадцати лет его тренировали по программе подготовки будущих рыцарей. После выпуска он становился рыцарем первой ступени. Мне сейчас необходимо нагнать минимальный уровень, чтобы меня начали рассматривать, как кандидата. Но был второй путь, длинный. Отучиться по стандартной программе. Дальше самостоятельно, неважно какими путями, развить в себе минимальные навыки, которые есть у рыцарей всё той же первой ступени, и податься к ним. Пройти ускоренную подготовку, потому что, кроме чисто личных навыков, там ещё были различные тонкости, нюансы социального взаимодействия и прочее. И после этого стать рыцарем официально.
Если бы меня интересовал сам статус, то путь достижения не имел значения. Но мне нужна подготовка. Лучшая боевая подготовка из всех, что мне доступны.
— Благодарю вас, наставница. Я приложу все усилия.
В голове прозвучал гаденький смех.
На сегодня для меня занятия закончились. В другие дни я задерживался, либо практикуясь на полигонах, либо учился, спешно закрывая пробелы в знаниях. Сегодня же меня ждала важная встреча.
Корень прислал нового человека. Гоше потребовалось две недели, чтобы протащить в Верхний Город кого-то вместо Зака. Кого-то, кого сейчас мне предстоит поставить в недвусмысленное положение.
«Что ты можешь знать о недвусмысленном положении», — тут же появился ехидный голосок.
Момо сидел в комнате, пыхтел над какой-то письменной работой.
— Эм, Като, — оживился он, когда я вошёл.
— Да?
Пока я переодевался, толстяк достал из своей тумбочки коробочку.
— Вот, посмотри.
В коробке, на мягкой ткани лежал цветок, кажется — роза, выполненная из зеленоватого стекла. А, нет, это не стекло. Осторожно взяв драгоценность в руки, я понял, что это камфир, местный полумагический хрусталь, часто применялся для украшений с магическими свойствами. Не запредельно дорогой, но всё же ценный материал. И из зелёного в моих руках он тут же стал алым.
— Красивая штука, — признал я. — Очень красивая. Дай угадаю, напитать?
Момо, довольный как кот, нашедший банку сметаны, кивнул. Я дал немного силы, и цветок ожил. Лепестки бутона начали слегка шевелиться.
— Парень, это очень крутая вещь! — дал я свою оценку. — Для Сони?
Он счастливо закивал. Я, помня его прошлое фиаско, задумался.
— Так, запоминай. Чтобы не получилось, как с конфетами. Выбираешь время, когда у тебя занятий нет, чтобы не носить эту прелесть вместе с книгами. Несёшь прямо в этой тряпочке, чтобы не заляпать. Вылавливаешь Соню и даришь. Главное, слова: это просто подарок. Запомнил?
Слова, мягко говоря, не идеальны, но это же Момо. Он пока не готов к развёрнутым сложным речам, просто не готов.
— Хорошо, я запомню. Я буду репетировать и всё сделаю. Спасибо! — он расцвёл ожиданием счастливого момента, когда, возможно, сможет увидеть хотя бы тень улыбки на лице предмета обожания.
Как мало человеку надо для счастья. Аж завидно немного.
— А ты куда-то собираешься? — вырвался толстячок из своих грёз и увидел мои сборы.
— Да. Поиграть в Каренбек.
У парня даже глаза загорелись. Да, эта зубодробительная игра действительно вызывала у мальчишек нездоровый энтузиазм.
— Вау! У тебя и карта игрока есть?
Вытащил из кармана и продемонстрировал ему карточку, чем вызвал состояние, близкое к священному трепету.
— А ты... Ну... Может... — он замялся.
Отлично понимаю, что он хочет спросить. Он тоже хочет поиграть. Но я не хочу отвечать ему нет, потому что точно не потащу его на нашу сходку. И потому делаю вид, что не понимаю его метаний.
— Ладно, мне пора.
И выхожу из комнаты.
«Какой милый пирожок» — не могла промолчать демон. — «Давай я с ним поиграю. Он запомнит нашу игру на всю жизнь»
«Можешь поиграть с помойными крысами, тварь» — огрызаюсь.
И так не испытываю радости от её присутствия, а когда она активируется, становится вообще тоскливо.
В голове раздался смех.
«Глупый мальчик. Думаешь, меня можно отпугнуть мерзостью?»
Я ухмыльнулся.
«Мерзостью вряд ли. А вот искренней молитвой к истинным богам очень даже можно».