Что с этим миром не так? Приходит тринадцатилетний шкет в бордель и говорит, что у него здесь встреча назначена. И его пропускают! Вот просто так.
— Желаю хорошо провести время, — пожелал мужчина, потеряв ко мне интерес.
Я понимаю, что у них здесь четырнадцать — первый порог взрослости, а шестнадцать так и вовсе официально кончается детство, но даже так...
Мысленно плюнув на все заморочки, я пошёл искать Пьера. Провожатого мне не полагалось, пришлось сначала искать бар, затем бармена. Не обращая внимания на полуголых девиц, запах алкоголя и табака, а также общую атмосферу готовящейся оргии, расспросил холеного худого парня. Он указал на охранника, подпирающего закрытую дверь.
Охранник для разнообразия выглядел, как обычный горожанин, и если бы бармен сам не назвал его охранником, я бы не догадался. Услышав моё желание пройти, он криво улыбнулся и открыл дверь. Тёмный проём, неосвещённый коридор, тонкие полоски света из неплотно закрытых дверей.
Дар задрожал.
Предчувствие опасности, ловушки, агрессии, направленной на меня, заставило притормозить и с сомнением посмотреть на «охранника».
— Проходи, — кивнул он. — Пьер тебя ждёт.
В голове раздался смех, насмешливый и злой. Но вместе с ним пришло и ощущение клокочущей за гранью потустороннего мира силы.
«Не на того они ставят ловушку» — прокомментировала демон.
Кто — они? Вопрос был адресован не демону, конечно, откуда ей знать. И насколько серьёзно эти неизвестные «они» настроены. Я, всё же, далеко не бессмертный. Но раздражение и злость требовали выхода, так почему бы и не таким способом?
Я шагнул в темноту, применяя доспехи духа. В учебных поединках эта магия применялась постоянно, но взрослыми рыцарями почти не использовалась. Она мешала творить сложные заклинания, а рукопашный бой для рыцарей оставался третьестепенным средством в арсенале. Исключения — рыцари, заточенные только на рукопашный бой.
Я рыцарем не был. И пожалуй, переоценил свои силы.
Дар вспыхнул, предупреждая об опасности, и я начал двигаться. Вот только за спиной раздался хлопок. Выстрел. Тело пробила боль, сразу во множестве мест. Дробь? Меня собрались просто пристрелить?
Удар чего-то тяжёлого по голове оборвал мои размышления.
Глава 15
Очнувшись, несколько секунд не мог сообразить, что произошло.
Сообразил.
Стало смешно. Считал себя крутым перцем, которому море по колено. И закономерно нарвался на неприятности. Пока не знаю на какие, но уже с нетерпением жду того, кто мне всё разъяснит.
На голове пыльный мешок, руки и ноги связаны за спиной, а вот сама спина уже даже не болит. Почти. По десятибалльной шкале, где десять — потеря сознания от болевого шока, на двоечку. Неужели стреляли не сталью? Соль зарядили? Резина здесь адски дорогая, в связи чем травматические пули должны делать из чего-то другого.
Рядом пыхтение двух человек, куда-то меня несущих. Уже одно это позволяет в известной степени расслабиться. Если бы хотели убивать — волокли по полу, заставляя считать головой все углы. А раз бережно несут, значит, будем говорить. Точнее, меня будут в чём-то настойчиво убеждать, применяя угрозы и даже, вполне возможно, рукоприкладство. Одарённые крепкие, одарённых можно бить почти не боясь непоправимо покалечить.
— Сюда его! — распорядился незнакомый голос.
Меня начали развязывать. Попробовать сбежать? Вряд ли получится, если меня без разговоров приложили травматическим выстрелом, то вполне понимают, насколько я могу быть опасен, но попытаться-то можно, просто чтобы не расслаблялись. Чьи-то сильные ладони держали мои руки стальной хваткой, пока кто-то третий сзади развязывал узлы за спиной, освобождая мои конечности.
— Он ещё не очухался? — спросил всё тот же голос.
В голове раздаётся смех демона.
— Да, висит мешком, — подтвердил кто-то справа.
Ещё пара секунд. Путы спадают. Отталкиваюсь, насколько хватает свободы, и пинаю человека за моей спиной. Того, что снимал путы. Не обращая внимания на результат, запускаю доспехи духа, одновременно пинаю того, что стоит справа. Целюсь наудачу или по ощущениям от пульсирующего дара. Попадаю, не знаю, в колено или чуть выше, но хватка на руке ослабевает. Не полностью, мне для рывка хватит. Дар подсказывает, теперь уже точно, я будто третьим глазом вижу бугая, стоящего справа. Рывок руки и мой локоть врезается ему в висок, отправляя подремать.
Спереди раздаётся выстрел. Грудь орошает уколами жгучей боли, на секунду выбивая воздух из лёгких. Я падаю на спину вместе с тем, кто держит меня слева. Свободная рука уже тянется к голове, чтобы скинуть мешок.