Вваливаться к Арии не стал. Следовало бы, наверное, но я порядком вымотался, и ругаться сейчас было откровенно лень. К тому же я зайду с другой стороны. Нажму на больное место. Не хочу причинять ей страдания, однако Ария никак не хочет понимать, что под её капризы я прогибаться не буду, ни сейчас, ни потом.
Сейчас же я хотел только спать, и, вернувшись в свою комнату, уже минут через двадцать был в кровати. Едва моя голова коснулась подушки, как я заснул.
Из сладкого сна меня вывели непривычные звуки. Сознание вынырнуло из глубин, но не полностью, заставляя сквозь дрёму прислушаться.
Шуршало у окна. Раздался тихий щелчок открываемого замка.
«Хозяин, окно пытаются открыть,» — голос демоницы заставил резко проснуться.
Первым делом я мысленно обматерил себя за отсутствие под рукой оружия. Затем обматерил повторно, напоминая себе, что я так-то маг и сам себе ходячее оружие.
«Сколько их?»
«Я чувствую только одного, хозяин,» — ответила Астарта, тут же добавив характеристику: — «Не слабак, но и ничего выдающегося.»
Ну и что делать? Подождать, пока залезет, а потом наброситься? А если он мне бомбу забросит и тут же спрыгнет? Я-то щитом закроюсь, да только придётся самому над этой бомбой встать и вместе с собой закрыть щитом, чтобы она не разнесла половину дома, вместе с Арией и Юлей. Поэтому я пошёл другим путём.
Встал с кровати и подошёл к окну.
Человек за окном, когда я вышел в свет луны, вздрогнул, едва не сорвавшись. А затем пригрозил мне кулаком.
От такой наглости я, честно говоря, опешил. И даже как-то растерялся. Неизвестный вторженец, повисев некоторое время, будто чего-то ожидая, вновь пригрозил мне кулаком и указал на замок окна. Я не шелохнулся. Вторженец в третий раз погрозил кулаком и начал жестами требовать, чтобы я открыл окно. В пылу активных действий с головы его спал капюшон, открыв мне тёмные волосы, затянутые в торчащий ёжик. На моём окне сидела девушка, сейчас находившаяся в высшей точке возмущения. Встретившись со мной взглядом, она начала беззвучно говорить. Я не был специалистом в чтении по губам, но догадаться об общем посыле было несложно.
Я открыл окно и отошёл в сторону, пропуская незнакомку в свою комнату.
— Демоны тебя дери! Чего ты ждал так долго?! Думаешь, очень удобно там висеть?! — громким шёпотом обрушилась на меня вторженка.
А сама прошлась и потянулась, как кошка. И облегающий тёмный костюм, подсвеченный луной, выгодно подчёркивающий все изгибы молодого и явно тренированного тела… Мням.
— Опустим, что ко мне в окно посреди ночи вломилась какая-то незнакомка…
— Я не вломилась! — тут же занегодовала возмутительница спокойствия.
Я наклонил голову и выразил лицом скепсис. Но одарённая сложила руки на груди и не думала признавать за собой вину. Я же воспользовался моментом и присмотрелся к её лицу. Тонкие ровные брови, выразительные глаза с лёгким наклоном, курносый носик. Последнее здесь считается недостатком, признаком плебеев. Но на мой взгляд, она была красива. Не так красива, как Соня, та была вылитым образцом аристократичности. Не так красива, как Олимпия со своей хищной опасной красотой. Нет, здесь было что-то своё, необычное.
— Чего ты на меня уставился? — под моим пристальным взглядом ей всё же стало неуютно.
— Я всё ещё не знаю ни тебя, ни причины твоего вторжения, — напомнил.
Девушка опустила взгляд вниз, посмотрев на мои… бёдра, да, бёдра, ведь я был в нижнем белье. Ухмыльнулась. Снова подняла взгляд на моё лицо.
— Не хочешь одеться, перед тем как мы начнём знакомиться?
Пожимаю плечами:
— Мне вполне комфортно.
Улыбка её стала ещё шире.
— Ну как хочешь, большой парень. Меня зовут Анко. Анко из рода Дэрн.
У меня вопросительно изогнулась бровь. Сама. Я был слишком… ошеломлён. Потому что… Какого чёрта связанная Брюса делает в моей комнате посреди ночи?
— Что?! Дядя должен был обо мне сказать! — запаниковала девушка. — Подожди! Только не говори, что ты не Като!
Паника на её лице была столь милой, что я не удержался улыбнувшись.
— Успокойся, я понял, кто ты. Брюс о тебе упоминал.
Она облегчённо выдохнула.
— Но какого чёрта ты врываешься ко мне посреди ночи?
Анко отступила на полшага, выдавив сконфуженную улыбку.
— Ну… Я… Мне стало скучно.
От такого заявления я, как-то даже завис. Ещё больше, чем до этого. А в голове раздался приглушённый истеричный смех.