Ещё три десятка шагов, прежде чем они дойдут до двери. Я сел, но получилось неловко — ноги тоже оказались скованы. Огляделся, но вокруг не было ничего, чем можно было быстро повредить хотя бы кожу ремней, не говоря уже о металле. Дверной замок щёлкнул.
Первым вошёл Артур, не без беспокойства осматривая меня. Сразу за ним зашёл и Орис. Мужчина в дорогом чёрном костюме. Очень дорогом. Я всю жизнь носил перешитую рабочую робу. Самая лучшая одежда, которую я видел на улицах — старые костюмы простого покроя. Да, была та троица из аристократов, что купили завод и лишили меня работы. По ним было понятно, что одежда дорогая, но только и всего.
Юстициарий выглядел непросто богато, он выглядел представительно. Чёрная ткань переливалась изумрудным светом. Все мелкие детали — запонки, пуговицы и прочее, будто выполнены вручную ювелиром. Трость из, кажется, какого-то дерева, но рисунок невероятный, словно застывший туман.
— Като, это... — начал было Артур, но Орис его перебил.
— Не стоит, я сам поговорю с мальчиком, — юстициарий обошёл наставника и выразительно на него посмотрел.
Артур, как мог, выразил своё недовольство, но возражать не стал. Орис, удовлетворённый реакцией, подошёл ко мне и остановился рядом, глядя сверху вниз. Лицо приятное, волевое. Глаза цвета лаванды, тёмные волосы зачёсаны и уложены. Но женственности это ему не добавляет, наоборот, образец элегантной мужественности. Просто состоятельный господин. Закончив меня рассматривать Орис, наконец, заговорил.
— Юстициарий Орис Блэк, — он протянул ко мне руку и схватил за плечо.
Сильно и грубо поднял меня на ноги.
— У меня к тебе есть вопросы, касающиеся того, как ты неоднократно смел нарушать закон.
Насмешливо хмыкаю.
— Я это уже понял, сир Блэк.
Юстициарий нахмурился:
— Для мальчишки с улицы излишний гонор. Не научила жизнь тебя уважению к тем, кто даром выше тебя поставлен?
Это даже смешно. Но в ответ я нахмурился так же, как и он секундой ранее.
— К тем, кто похитил мою семью, у меня нет ничего, кроме презрения.
И по глазам этого хлыща я понял, что он понимает, о чём идёт речь.
— Это не оправдывает преступления, — парировал юстициарий.
— Нет, — согласился я. — Как и то, что подобные вам лишили меня работы, обрекая на голод. Меня и мою семью. Лишили права на жизнь.
— Я не лишаю прав, а поддерживаю закон, — он просто ответил, но звучало это как оправдание.
Я деланно удивился:
— Правда? Может быть, вы начали расследование и ищите мою семью? Или тех, кто её похитил? — по лицу вижу, что ничего вы не начали. — Я так и думал.
Блэк ещё несколько секунд смотрел на меня, после чего чуть повернул голову к наставнику.
— Сир Артур. Покиньте нас.
— И не подумаю, — ответил мужчина.
— Это дело безопасности города. Ваше недовольство вы можете попробовать высказать мессиру Бронсу.
Наставник зло прищурился, однако так ничего и не возразил. Лишь посмотрел на меня, пытаясь выражением взгляда и лица передать ободрение, только сказав:
— Помни, Като. Ты теперь один из нас. И мы тебя просто так не отдадим.
После чего вышел. Я вздохнул:
— Прозвучало жалко.
Орис чуть улыбнулся.
— И чем же наставники вызвали твоё неуважение?
Отрицательно качнул головой:
— Я его уважаю. Просто констатирую факт.
Орис несколько секунд внимательно смотрел на меня, затем кивнул:
— Согласен. Ты ответишь по закону за совершенные преступления, это вопрос решённый. Но есть ещё один вопрос, от которого напрямую зависит твоё будущее.
Я вопросительно смотрел на юстициария. Понятия не имею, что такого важного он может у меня спросить.
— Самодельное оружие, которым был убит гарнизонный, его любовница и её младший брат. Ты изготовил?
Значит, я был прав насчёт огнестрела и его узкого распространения.
— Я, — кивнул.
Сомневаюсь, что смогу отбрехаться и свалить всё на кого-то другого.
— Молчи об этом. Не было никакого огнестрельного оружия. Проболтаешься — жить тебе останется недолго. Буквально ничего, — пригрозил он. А через секунду сменил кнут на пряник. — Впрочем, ты можешь быть послушным мальчиком. После окончания исправительных работ, если будешь хорошо себя вести и прикладывать подобающие усилия, сможешь пройти обучение. И получить работу, с которой тебя уже не уволят.