Видимо, мой скепсис отразился на моей лице.
— Прояви изобретательность, юноша, — сделал наставление доктор. — И не волнуйся насчёт плана. Мой спутник — большой специалист по таким вещам.
Названный спутник спрятал все вещи, которые только что демонстрировал мне, в ящик тумбочки. И вновь исчез из поля зрения.
— И напоследок, Като, — доктор заглянул мне в глаза. — Я думаю, что ты — Минакуро. Дай мне время, чтобы получить этому подтверждение.
Глава 23
Доктор не соврал. Возвращаясь в корпус, я чувствовал себя не просто хорошо. Я чувствовал себя великолепно. Настолько, что начал прикидывать, а не подмешал ли мне Минакуро каких-нибудь стимуляторов помимо непосредственно лечения. Подлечил он меня хорошо, шрамы стали едва заметными ниточками на молодой коже, синяки и гематомы исчезли полностью, даже новые зубы мне вырастил. Отдельное спасибо ему скажу, когда снова увижу. Если увижу.
Привели меня сразу в столовую, как раз к завтраку. Большинству заключённых до моего возвращения дела нет, но у тех немногих, кто обо мне знает, на лице легко читалось удивление на грани изумления. Пара дней — слишком короткий срок для полного выздоровления, поэтому их чувства были мне понятны.
Я взял завтрак, всё так же не радующий разнообразием и калорийностью, и дошёл до стола Зака. Он сидел, молча таращась на меня, будто увидел покойника. Заговорил он, когда я уже почти расправился с основным блюдом, представленным в виде слипшейся рисовой каши и огурца.
— Для мертвеца выглядишь, типа, охрененно. Для живого, типа, тоже. — выразил общее содержание своих последних размышлений Зак.
— Мертвеца? — не понял я. — Меня, конечно, порядочно поколотили, но в сознание я пришёл ещё до того, как получил медицинскую помощь.
Он отрицательно покачал головой, показывая, что я неправильно его понял.
— Тебя отправили в конец. Там, типа, просто подыхают. Раненые, которых не собираются лечить, или типа того, — пояснил Зак.
Какой интересное, оказывается, местечко я посетил. Кивнул:
— Тогда понятно. Я был очень близок... к концу.
Зак придвинулся ближе, уставившись мне в глаза и понизив голос.
— Какую ещё медицинская помощь? От кого?
Несколько секунд я молча смотрел на него, решая, насколько много могу рассказать. Получалось, что почти ничего. Но какие-то пояснения дать всё же придётся, иначе о дальнейшем сотрудничестве можно забыть. Оглядевшись по сторонам, скорее рефлекторно, отметил наиболее пристальные из направленных на меня взглядов.
— Мной заинтересовался один род, — для начала выдал я, внимательно отслеживая реакцию.
Зак улыбнулся. Неприятно улыбнулся. Так улыбается охотник, увидев, что жертва попала в капкан.
— Что за род?
Хмыкнул:
— Так я тебе сразу и сказал.
Он, ожидаемо, не обиделся. Вопрос на дурака, так сказать, ответа он точно не ждал, спросил по привычке.
— Заинтересовались насколько? — продолжил он.
— Недостаточно, чтобы вытащить отсюда, — признал я сразу.
Кивок Зака показал, что ответ лишь подтвердил его соображения.
— Но достаточно, чтобы оплатить врача?
Насколько много он поймёт, если я скажу, что врач из их же рода? Поймёт, что врач приходил меня обследовать? И если поймёт, то какие выводы на мой счёт сделает? Он во всём этом разбирается куда лучше меня, и даже из вскользь сказанного может вытащить больше, чем я могу представить. Или мне стоит поумерить свою паранойю?
— Похоже, что так. И нет, он не сказал, в чём именно их интерес.
Зак немного расслабился, сдержанно рассмеявшись:
— Наивный ты. Тут, типа, и думать не надо. Ты, судя по твоим похождениям слабенький, но одарённый, — он хитро подмигнул. — Причём ты, типа, в полной заднице прямо сейчас. Помочь тебе — это, типа, получить верного человека, причём, за гроши. Понимаешь?
Ха. Если бы всё было так просто. Но я кивнул:
— Ага, было бы здорово. Только вытаскивать меня не будут. Вопрос с выживанием остаётся актуальным.
Я уставился на поднос и задумался. Зак дал мне немного времени, переговариваясь со своими шестёрками. Остальных парней я воспринимал фоном, они не были мне интересны. Я либо выберусь отсюда, и постараюсь держаться от Корня как можно дальше, либо погибну. В любом случае я вряд ли их встречу за пределами тюрьмы.