Глава 1. Он был согласен со всеми обвинениями
Прогладь, если крылья помнут,
Пришей, если вдруг оторвут,
А если преграды стеной —
Крылья расправь за спиной!
Розбицкая Наталья
Он не спеша шел по темному переулку. На плечах рюкзак со спортивной формой и боксерскими перчатками. Задержался, потому что это была последняя тренировка перед республиканскими соревнованиями. Они были для него важны. Как и все остальное, чем он занимался. Впрочем, ничего особого он не делал. На работе появлялся изредка. Зарплату получал исправно. Завод, за которым он был закреплен, гордился своими спортсменами и достижениями.
Звали его Иван. Обычный парень Иван Бессонов. Всю сознательную жизнь прожил в детском доме номер один. Замечательный человек, учитель физкультуры, отвел его в городскую секцию, где заметили его способности. Так он и стал боксером. В свои двадцать три года он больше ничего не умел.
Жил в небольшой комнатушке в коммунальной квартире, которую выделило государство. Места ему хватало, потому что он редко бывал дома. То сборы, то соревнования. То в армии служил. Вернулся. И все началось опять.
И вот теперь он шел и размышлял о том, что пора бы заканчивать свою карьеру. "До олимпийской сборной так и не добрался. Куда уж мне, выпускнику детдома?" — думал Иван.
Вокруг творилось много несправедливости. Но толку с ней бороться в одиночку. Результат предсказуем. Победителем всегда будет тот, у кого больше в кошельке. А у него ничего не было, кроме маленькой тесной квартирки и небольшого счета в банке. Копил на автомобиль. Это была его мечта...
Какие-то крики из темной подворотни привлекли его внимание. Иван повернул голову вправо.
"Помогите! Помогите..." — звал женский голос.
Там, в глубине, при свете тусклого фонаря он различил несколько мужских фигур, стоявших полукругом. В центре находилась девушка. Лиц ни одного из этих людей он не видел. Было далеко и темно.
"Не ищи приключений на одно место..." — умолял какой-то незнакомый доселе голос в его голове. Но разве мог он, Ванька Бессонов, с самого детства защитник всех животных и слабых, пройти мимо?
"Цыц!" — рявкнул кто-то другой. И он решительно свернул в этот переулок. Шел медленно, стараясь не привлекать внимания. Со стороны казалось, что большой черный дикий кот вышел на охоту. Он был готов к прыжку в любую минуту.
Но нападать исподтишка не привык, поэтому окликнул:
— Эй, пацаны, а что здесь происходит? — четыре головы моментально повернулись в его сторону. И только девушка смотрела на него умоляющими глазами, прижимаясь к стене.
— Слышь, мужик, шел бы ты своей дорогой, пока не поздно. — он не разглядел того, кто, скорее всего, был главным. Но отступать не собирался. Было жаль девчонку. Все, что с ней сегодня происходило было по меньшей мере несправедливо. "Неправильно..." — стучали молоточки в его мозгу.
Оставалось еще несколько шагов и он разорвал этот круг своим присутствием.
— Ну, ты влип... — вперед выступил говоривший. Иван сбросил на землю рюкзак и стал двигаться влево, подальше от девчонки. Он знал, что в этом городе ему нет равных. На ринге... А этот, видимо, где-то тренировался.
Иван усмехнулся, подумав, что это хорошее завершение сегодняшней тренировки. Но когда ему надоело кружить, он сделал то, чего никто от него не ожидал: удар слева. Тот упал... И не двигался.
Именно в этот момент раздалось завывание сирены полицейской машины. И подворотня осветилась фарами подъехавшего автомобиля.
Иван похолодел. Он уже понял, что произошло. Он сел под стеной, на которой по нелепости каким-то художником были нарисованы крылья. То были крылья ангела. Видимо, их здесь нарисовали с единственной целью: чтобы сделать красивые фотки и выложить в сеть.
Он никуда не убегал. Сидел и обреченно ждал своей участи. Нет. Он не гордился собой. Только сожалел, что не смог контролировать свою левую.
К его удивлению девушка не убежала. Смелая. С разметавшимися по плечам темными волосами, она, отчаянно жестикулируя, размахивала руками, пытаясь рассказать, как все произошло. Молоденький полицейский записывал ее показания. А он сидел в машине, наблюдая за всеми действиями как бы со стороны. Через окошко. Будто это все касалось не его вовсе, а другого человека.
Следствие длилось долго. Слов этой девчонки было недостаточно по видимому. Трое дружков утверждали, что он напал первым. Просто так. А они проходили мимо, гуляли.
Но оказалось, что даже самой темной ночью есть свидетели. И темные окна — не показатель того, что все люди спят. Наталье Трофимовне в эту ночь не спалось. Впрочем, как всегда. Ей было за восемьдесят. Ломило спину. Она сидела на кухне и смотрела в окно. Свет не зажигала. И все, что происходило во дворе видела.