Удивительным было то, что это место на кладбище нашел сразу же.
Две женские фигурки стояли у холмика, склонив голову. Аленку он узнал сразу: "И как она меня нашла?" Рядом с ней была Галина Серафимовна. Два скромных букетика.
— Я думала у него никого нет... — заговорила Галина.
— Не знаю насчет родных... Мы выросли в детском доме. Алена я. Глазкова. Из-за меня он здесь. Всю жизнь буду себя винить... — Аленка горько заплакала.
— Нет в том твоей вины. Таков был его срок в этой жизни. А ты просто помни. Сегодня сороковой день. Может такое быть, что он подаст нам весточку. Смотри... — Галина толкнула девушку в бок.
На деревянную табличку с именем села маленькая пичужка и весело защебетала на все лады. Не обращая внимания на людей.
— Это его душа прилетела с нами попрощаться. Весело поет. Знать у нашего Ванечки все хорошо. — Алена зачарованно смотрела на птичку, стараясь не шелохнуться, чтобы не спугнуть ее.
А потом она почувствовала, словно легкий ветерок подул на нее, шевельнув волосы. Погода стояла безветренная. И Алена не выдержала:
— Ванечка, это ты? — еще одно дуновение. После этого она начала говорить торопясь. Боялась не успеть рассказать, как ждала его. Как скучает. Как любит.
Но Иван ее уже не слышал... Неведомая сила вырвала его и перенесла обратно в комнату. Его время пребывания на земле вышло.
Он крутанулся несколько раз вокруг себя. Но ничего не изменилось. Мужик с добрыми глазами изучал его с особым вниманием. Иван хотел поинтересоваться, как его зовут. Но тот сказал, прочитав мысли:
— Пятый... Я пятый... И нет здесь имен. И ты скоро забудешь.
— А если я не хочу забывать? Что же ты за бездушное существо, Пятый? Я, можно сказать, был на первом свидании с девушкой. А ты взял и вырвал меня оттуда. Испортил все. Эх...
Пятый смеялся. Так его еще никто не называл.
— Я и есть душа. Или дух. Как тебе больше нравится. Просто могу принимать разные облики. Многим я нравлюсь вот в таком образе. Абсолютно положительный мужчина средних лет.
— Так ты здесь главный? От тебя зависит какова будет дальнейшая моя судьба? Или участь? Так вот. Пятый, я не сдамся. Хочу вернуться обратно. Там меня ждет Аленка. И мама Галя. — Иван даже не понял, в какой момент стал эту женщину называть своей матерью. Именно она не оставила его...
— Слушай, 66237, а ты шустрый... И упертый. И заслуг у тебя хоть отбавляй. Вот и сегодня помог Грому. Хороший человек, в общем, ты, Ваня. А здесь хорошие люди тоже нужны. Без них никак.
— Толку мне от этого?
— Не скажи, Ваня... Все имеет значение. Абсолютно все. Давай договоримся с тобой вот о чем: приходи завтра. Пойдем на Совет, который и будет решать, что с тобой делать дальше.
— Премного благодарен за оказанное доверие... — Бессонов театрально поклонился.
Пятый исчез. Иван только сейчас заметил, что этот кабинет совершенно не был похож на ту комнату, где его регистрировали. Здесь был и стол, и кресло, и картины на стенах. А за огромным окном простиралось зеленое поле. Вдалеке виднелся лес. Он даже услышал доносившееся оттуда пение птиц.
"Нет, Пятый, ты от меня просто так не избавишься. Я не только упертый. Я еще и целеустремленный. И не удастся вам стереть мне память..."
Он оказался на перекрестке дорог. Белые прозрачные фигуры сновали взад-вперед. А он просто сел на обочине в ожидании завтрашнего дня.
Продолжение
Глава 6. Не судите, да не судимы будете
Иван сидел на обочине дороги, наблюдая за происходящим. Особо следить было не за чем. Разве что фигуры в белом проплывали мимо то в одну, то в другую сторону. Кем они являлись он точно знать не мог: "Скорее всего это ангелы спешат на задания..." Обычных людей видно не было. Когда ему надоело сидеть, он встал и попытался остановить одного из них, чтобы узнать, куда ведет эта дорога.
В некотором роде Ваня даже обрадовался, предположив, что это путь на землю: "А что? Стоит попытаться сбежать отсюда..."
Первая фигура в белом балахоне шарахнулась в сторону. Но он не прекращал своих попыток. Только с десятой попытки удалось остановить одного, который внимательно выслушал, задержавшись. Но он настоятельно советовал еще немного подождать. Набраться терпения. Видимо, еще не пришло его время...
Бессонов опять сел. И вдруг понял, что даже не может определить, сколько прошло времени.