После ещё пары минут неспешных ласк Матсу начала двигаться сама и попыталась протолкнуть мои пальцы поглубже, но я не позволили.
— Матсу, я запрещаю тебе двигаться, — приказал я, строго смотря на неё.
Взглянув на меня, из-под полуприкрытых век, моя секирей издала тихий жалобный стон, но подчинилась. Когда она вновь замерла, я положил свою ладонь на её плоский животик и сделав пару круговых движений вокруг пупка, стал медленно опускаться ниже.
Матсу с предвкушением вздохнула, когда мои пальцы достигли её киски и стали очерчивать её линии, время от времени, слегка разводя половые губки, жаждущей наслаждения секирей. Как и до этого, я не спешил с проникновением и больше дразнил. Всякий раз, когда Матсу закрывала глаза и начинала дышать чаще, я останавливался, не позволяя ей приблизиться к желаемой разрядке.
Так продолжалось какое-то время, пока моя рыжая секирей не начала всхлипывать и дрожать от нереализованного желания, но я не прекращал эту сладкую пытку.
— Прошу… — услышал я еле слышный шёпот.
— Ты что-то хочешь мне сказать? — обратился я к ней.
— Прошу… Меня… — вновь что-то прошептала она.
— Я не слышу тебя.
— Прошу… Возьми меня… — чуть громче пролепетала Матсу.
— Скажи это громче, — приказал я, остановив ласки.
Моя третья секирей всхлипнула и даже чуть подалась вперёд, за моей рукой, когда я извлёк свой палец из неё.
— Господин, прошу… Возьми меня… — тяжело дыша и всё ещё тихо, но гораздо отчётливей произнесла она.
Больше ждать я не стал и надавив на лобок Матсу, заставил её опуститься и снова полностью лечь. Она тут же развела ноги в стороны и затаив дыхание наблюдала как я устраиваюсь между них.
— Может быть больно. Терпи, — предупредил её я.
Матсу кивнула, я же, взявшись за её бедра начал медленно входить в ждущее меня лоно. Вскоре я ощутил сопротивление, но небольшое усилие позволило преодолеть его. Почувствовав, как мой член плотно сжало внутри, я остановился и отпустив бедра моей секирей, стал гладить низ её живота. А когда давление уменьшилось, то снова продолжил проникновение.
Полностью оказавшись внутри, я остановился и навалился на Матсу, прижав её к полу.
— Теперь ты полностью и безраздельно принадлежишь только мне, — прошептал ей на ухо я.
Матсу отозвалась на эти слова всплеском радости, который я отчётливо почувствовал, а ещё её киска плотнее сжала моё достоинство.
Приподнявшись на руках, я начал неспешно двигаться, Матсу оказалась очень узкой и в каждый толчок приходилось вкладывать усилия. По началу я опасался, что моей рыжей секирей это может причинять боль, но похоже, даже если боль и была, то она доставляла ей наслаждение. Ну а вскоре, я вообще перестал об этом думать, так, как и сам получал немало удовольствия от процесса.
Спустя небольшое время, Матсу, видимо, надоело просто лежать, и она, обняв меня за шею, чуть приподнялась, став наблюдала как мой член при каждом толчке погружается в неё. Причём, это, похоже, ещё больше возбуждало мою секирей, так как она стала ещё плотнее сжимать меня при каждом проникновении. Ну а вскоре она уткнулась мне в шею и крепко сжала мои бёдра своими, после чего сладко застонала.
«Похоже мой рыжик готова,» — с улыбкой подумал я, и уже собирался выйти из неё и закруглиться. Пусть я и не дошёл до своего оргазма, но здесь особая ситуация, и сейчас главное не навредить, а своё я могу взять и в другой раз. Но не тут-то было, видимо почувствовав мои намерения Матсу обхватила меня ногами и отказалась отпускать.
— Матсу?
— Вы тоже, мой господин… — прошептала она мне на ухо, жарким шёпотом.
Я было хотел спросить уверена ли она, но передумал. Это был не тот случай, когда следовало проявлять излишнею заботливость. Так что похлопав её по бедру и получив немного свободы манёвра я снова полностью вошёл в мою секирей.
В этот раз двигаться было проще, возможно из-за того, что она успела приспособиться к процессу или из-за дополнительной влаги, которой прибавилось после её оргазма. Так что я с самого старта взял довольно быстрый темп. Сама Матсу больше не наблюдала за тем как я вхожу в неё. Теперь она крепко обнимала меня, прижимаясь своей немаленькой грудью и издавая эротичные прерывистые стоны, мне на ухо, всякий раз, когда я полностью погружался в её киску.
Полностью отдавшись процессу, я забыл обо всём вокруг, и желанного пика мы достигли почти одновременно, вначале Матсу снова плотно сжала меня, не только внутри, но также руками и ногами, ну а так как я и сам был уже близко, то эти объятья спровоцировали и мою разрядку. Однако этим дело не закончилось, я ощутил странное тепло в районе живота и заметил свет!
Оргазм был потрясающим, хотелось просто упасть и вздремнуть, крепко прижимая к себе обнажённую огненногривую красавицу. Но я боролся, нужно было понять, что произошло. Поэтому, как только получилось вернуться в более или менее вменяемое состояние и преодолеть слабость, я отстранился от обмякшей Матсу и посмотрел вниз. Источником света оказалась татуировка на животе моей секирей! Она была выполнена светящимися линиями и имела форму шести ангельских крыльев, по три слева и справа, вокруг пупка.
Я как заворожённый смотрел на странное тату, на животе Матсу. Сила свечения рисунка постепенно уменьшалась, а вскоре и он сам стал пропадать, словно впитываясь в кожу моей секирей. Когда странный рисунок полностью исчез, я осторожно прикоснулся к тому месту где он был расположен, но почувствовал лишь слабое тепло, которое и вовсе вскоре пропала, оставив лишь тепло тела Матсу.
«И что это было?» — отстранённо подумал я.
— Минато… — тихо, во сне, прошептала моя рыженькая.
Посмотрев на неё, я вдруг вспомнил, что вообще-то, должен был собрать бельё для стирки, а не развлекаться со своей секирей.
— Спи зайка, я всегда рядом, — прошептал ей на ухо я и легонько поцеловал в приоткрытые губки.
— Мина-тан… — улыбнувшись прошептала она и свернулась клубочком.
Поднявшись я достал из шкафа футон и разложив его, аккуратно переместил туда спящую Матсу, после чего накрыл её одеялом и вышел из комнаты.
В голове всё ещё царил какой-то сумбур, и размышлять о чём-то было откровенно лень. Поэтому я решил сосредоточиться на поставленной задаче, сборе грязного белья. Оглянувшись вокруг я обнаружил что грязного белья нет, а раз его нет нужно его собрать! Где собрать? Конечно же на первом этаже! Ведь на втором я его уже собрал. Правильно? Правильно! Сказано, сделано.
Спуститься по лестнице на первый этаж оказалось неожиданно сложно, чёртова гадина постоянна старалась увернуться из-под моих ног, но я справился! Дальнейшая дорога была простой, так что до первой комнаты я добрался без приключений. Открыв её и заглянув во внутрь, грязного белья не обнаружил, а когда попытался собрать его сам, то мне было оказано сопротивление! Какая-то короткостриженая девица с, почему-то, седыми волосам вытолкала меня взашей и закрылась изнутри. «Вот и помогай людям!» — обиженно подумал я. Раз уж жильцам этой комнаты нравится ходить в грязном, я решил оставить этих грязнулей, пусть теперь сами своё бельё собирают, вот!
Дойдя до следующей двери и заглянув внутрь, я так же не обнаружил белья, подготовленного для стирки. «Бардак!» Но работа есть работа, так что пришлось приниматься за его сбор самостоятельно. Но когда я почти уже закончил, в комнату кто-то зашёл, взглянув на гостя, я понял, что это Мийя.
— Асами-сан, простите что задержался, я мигом! — извинился я за задержку в порученном деле.
Но похоже я очень сильно задержался, так как хозяйка Изумо явно разозлилась. Как я это понял? Да потому что отчётливо ощущал исходящую от неё угрозу. Но я её не осуждал. Мийя ведь имела полное право злиться. Она попросила меня помочь, а я вместо этого затащил в комнату Матсу и развлекался там с ней. И вот когда я хотел ещё раз извиниться и сказать, что готов принять любое наказание, то вдруг вспомнил, что так и не узнал секирей Асами Мийя или нет? А это было гораздо важнее чем сбор грязного белья!
Взглянув на всё ещё злящуюся Мийю, я обратил внимание что она была одета в тонкое кимоно и её волосы были мокрыми. «Как кстати!» — радостно подумал я.