После полутьмы включенный свет резал глаза. Но стоило приглядеться, и я рассмотрела ту, что никак не ожидала увидеть.
-Мама? - проговорила полушепотом, не веря собственным глазам. Она почти не изменилась. Высокая и стройная с изящными формами. Темно-рыжие волосы, небрежно собранные в хвост, создавали удивительно притягательную атмосферу вокруг нее. Небольшая седина не портила, а только подчеркивала благородный облик миссис Гриндарс. Ее зеленые глаза блестели, но мне казалось, что они были полны слез.
Я задрожала, по спине от волнения поползли мурашки. Я вдруг испугалась, как Марго отреагирует на то, что назвала ее мамой. А женщина заплакала:
-Прости! Прости меня, - она повторяла и повторяла, вытирая воду со щек и размазывая косметику по лицу. И я рыдала вместе с ней. Сама не заметила, как оказалась в объятиях матери. Вместе со слезами уходила боль и отчаяние. В душе рождалась надежда и уверенность, что теперь все изменится к лучшему.
-Марго, - успокаиваясь, обратилась к женщине, но та перебила.
-Мария, прошу называй меня мама. Я понимаю, что не достойна этого звания, но постараюсь все исправить. Вот, - она обвела рукой гостиную, - купила тебе дом!
-Но как ты узнала о моих проблемах?
-Твоих? - вдруг разозлилась мама, превращаясь из невинной и милой барышни в настоящую воинственную амазонку. - Мне отправил письмо Майлз. Побоялся позвонить, мерзавец! Ах, если бы узнала раньше, то сразу прилетела, и тебе не пришлось скитаться по чужим домам.
Экспрессия, с которой она говорила, наполняла мою душу чувством защищенности и заботы, о который давно позабыла. Тепло разливалось внутри, но улыбка продолжала оставаться печальной. Искренняя забота Марго растопила лед и холод между нами. Я простила женщины долгие годы разлуки и детство без матери.
Мать предложила продолжить разговор и выпить, чтобы успокоить расшатавшиеся нервы, что-нибудь покрепче чая.
Посиделки устроили в моей комнате. Среди кистей и красок я чувствовала себя уютно, как и рядом с матерью. Впервые она достойна этого звания.
До самого утра мы обсуждали Майлза, его любовь к картам; Томаса Рида, что оказался опасным ловеласом и лжецом, который любит играть на чужих эмоциях; господина Фолдеса и его безумного сына. Единственная тема, которую Марго обходила стороной - отец. Думаю, ее съедал стыд за загубленную жизнь Джонатана.
-Знаешь, я не думаю, что все так просто! - приободрила мама и поставила, так и нетронутый, бокал с красным вином на прикроватную тумбу. Помню, в молодости она не любила спиртное, хоть и вращалась в кругах, где грешили выпивкой. Женщина подошла к окну, отодвинула штору и продолжила:
- Прежде, чем делать поспешные выводы, поговори с Кристоффом спокойно.
-Нет! - категорично заявила с обидой.
-Жаль, тогда мальчик совсем промокнет! - с досадой проговорила мама.
От слов я вскочила с кровати, подлетела к окну и убедилась в правдивости слов Марго. Крис стоял перед крыльцом и внимательно изучал узор на двери, в его руках было что-то желтое. Я вспомнила давний сон и вздрогнула, но присмотревшись разглядела зонт. Странный выбор для мужчины, хотя джентльменом Фолдеса назвать можно с натяжкой.
Я забыла, как дышать. Звуки вокруг превратились в белый шум. Я не могла сдвинуться с места. Крис поднял глаза. Мы встретились взглядом. Тук-тук, сердце разгоняет кровь по организму, щеки наливаются румянцем, а в голове всплывают злобные слова мужчины и проклятия, что сыпались на мою невинную голову, словно я самый страшный демон в мире. Обида захлестывает. Смогу ли я простить мужчину?!
Кристофф вытер ладонью лицо, которое заливал сильный дождь, приподнял руку. Показалось, он хочет поприветствовать либо позвать меня, но резкое движением мужчина остановил порыв, развернулся и последовал прочь.
Со всех ног я бросила вниз по лестнице, босая выбежала под проливной дождь, и увидела удаляющуюся спину.
-Кристофф! - крикнула вслед. Мужчина остановился, но не обернулся. Один его взгляд, и я прощу страшные слова и нелепые обвинения. Один его шаг навстречу, и я забуду холод в глазах. Но Крис просто стоял, я также не решалась сделать движение.
Моя одежда окончательно промокла, а усиливающийся ветер не добавлял комфорта. Я вздрогнула, растерла руками плечи и приняла решение: узнать причину ненависти к моей персоне.
Под ногами хлюпала вода, которая смешивалась с землей и становилась грязным потоком. Водостоки не справлялись с нахлынувшей стихией. Природа никак не могла решить, какое время года выбрать: зиму или осень. Вчера вечером подморозило, а ночью начался дождь, который не заканчивался до сих пор.
Когда оказалась рядом с Крисом, захотела обнять его, прижаться всем телом или заснуть в крепких объятиях.
-Я люблю тебя! - робко произнесла и коснулась ладонью его мокрой куртки. Зонт выпал из руки мужчины и от удара о каменную плитку раскрылся. Он так похожий на солнце окрасил окружающую серость в желтый цвет. Но не смог растопить ледяного сердца Кристоффа, как и мое оставленное без ответа признание. Крис сделал шаг, другой, а через мгновение я осталась одна возле красочного зонтика. Но и он был со мной недолго, порыв ветра подхватил зонт и закружил по улице. Он уносил с собой мои надежды на счастье.