— О чём вы хотели поговорить со мной, принц? — пришлось брать инициативу в свои руки.
— Ну, что ж вы так официально, мы же не во дворце…
— В том то и дело, что не во дворце… Я вас внимательно слушаю…
Он внимательно посмотрел на меня, как будто решая, с чего начать. Потом махнул рукой, прокашлялся. И вдруг рассмеялся, лукаво глядя на меня.
— Лисисайя, рядом с вами я чувствую себя нашкодившим мальчишкой. И даже не могу сразу найти слова для разговора…, вы уверены, что всё делаете правильно? — кивнул он на рабочий стол.
Я удивилась. Создавалось впечатление, что наследник нервничает. С чего бы это?
— Формулу этого препарата знает наизусть каждый уважающий себя врач в Звёздном корпусе. Другое дело, что она, в некотором роде, является профессиональной тайной, но не думаю, что вы, не имея специального образования, сможете в точности воспроизвести рецептуру.
— Лисси, я пришёл просить у вас прощенья за случай на балу…, - скороговоркой произнёс принц, — я был очень не прав. Таких женщин, как вы лучше иметь в друзьях. И, трезво поразмыслив, пришёл к выводу, что у меня никогда не было женщин — друзей. Просто меня удивило и возмутило, что вам от меня ничего не надо. Вы даже не попросили о помощи при переезде из дворцового флигеля. Представляете, как я удивился? Всем женщинам нужны от меня подарки, внимание, помощь родственникам, решение каких-то личных проблем, а вы, ни разу и ни о чём меня не попросили. Более того, всячески игнорировали. Я поначалу думал, это такой хитрый ход с вашей стороны, для привлечения внимания…, - говорил Норвей быстро, не оставляя мне никакой возможности вставить хотя бы слово. И вид при этом имел не то расстроенный, не то виноватый.
— Для вас очень важно иметь меня в друзьях? — принц покаянно покивал головой. А мне вдруг подумалось о том, что мы с ним в чём-то похожи: вокруг толпы народа, мы многим нужны, а внутри голое одиночество. Только никто об этом не догадывается.
— Очень. Представляешь, Лисисайя, я буду жаловаться тебе на своих любовниц, приносить дворцовые сплетни и рассказывать о похождениях в Дорхелле? — поняв несуразность своего предложения, Норвей рассмеялся с таким облегчением, как будто сбросил с плеч тяжеленный груз, — ты же не откажешь мне в дружбе?
— Не откажу… Но в начале попрошу выйти на некоторое время из лаборатории — даже свом друзьям я не имею права открывать секреты Звёздного корпуса.
— Так… вы…, ты…, в общем, согласна?
— Согласна, согласна… Выметайтесь быстро за дверь, а то препарат придётся переделывать заново, — чисто для порядка возмущалась я, а сама не могла сдержать улыбки. У меня появился друг! Нет, не так. У! Меня! Появился! Друг! И, что более важно, мне удалось бескровно разрешить ситуацию с принцем. Иметь его во врагах довольно проблематично. Если не сказать больше…
Наследник, вместо того, чтобы выйти, подхватил меня и закружил по лаборатории, счастливо смеясь.
— Вот и я думаю, зачем тебе мой сын, если тебя принц на руках носит? — Махоро, покачиваясь, стоял у входа в лабораторию, — поторопись, доктор, мы уходим.
— Что-то мне кажется, Махоро, капитанский китель несколько жмёт вам в плечах? А вот форма рядового будет вам очень к лицу…, - тот моментально протрезвел, стал бледным, как стены в лаборатории и, встав на одно колено, прерывающимся голосом начал извиняться.
— Ппприношу свои глубочайшие извинения вам, пппринц Норвей и доктору Эйхан. Готов пппонести любое наказание…
— Убирайтесь отсюда, капитан, и больше не попадайтесь на моём пути. Я злопамятен…, - принц моментально стал собран, высокомерен и в нём не осталось ни капли былого смущения и бесшабашности.
— Подождите меня две минуты, я доделаю коктейль…
— Обойдётся, пусть пришлёт кого-нибудь другого. Убирайтесь, я сказал! — наследник уже не говорил, а просто рычал. И бравада капитана Махоро испарилась перед царственным гневом, как снег на солнце. Он торопливо покинул лабораторию, не проронив больше ни слова.
Такой принц меня пугал до дрожи. Сейчас он вызывал не восхищение, а неистребимое желание убраться подальше. Не верилось, что несколько минут назад он был столь весел, смеялся и шутил. Сейчас мне было откровенно страшно. Все мысли были только об одном: как бы удержаться и не показать ему свой страх. А лучше исчезнуть с этой яхты, из этого города и, желательно, с этой планеты. Спасите меня, боги Айдоры, если я, вдруг, действительно, разгневаю наследника.