Кросс склоняется ко мне и касается губ: сначала робко, нежно, а потом всё с бо́льшим напором. Раскрывает рот языком, и тело обжигает бешеной энергией чужого желания. Марк борется с нетерпением, но, судя по окаменевшим плечам и жадному поцелую, оно побеждает.
– Потанцуешь со мной? – спрашиваю, облизнув губы.
Угадываю по выражению лица, что мужчина готов танцевать только в горизонтальном положении, однако он всё же протягивает руку.
– Конечно, – говорит хрипло, отчего мурашки стягиваются к низу живота.
Включаю на смартфоне красивейшую рок-балладу нашего времени, одну из его любимых песен, и Марк притягивает меня к себе. Я кладу голову ему на плечо, вдыхая родной аромат – обволакивающий, глубокий, как и голос фотографа.
– Мне тебя не хватает, – открываюсь первой, а Кросс гипнотизирует взглядом, точно проверяет, но я ничего не скрываю.
– Мне тебя тоже, – его пальцы сжимают мои, а вторая ладонь скользит по открытой спине. – Без тебя я задыхаюсь.
– Что же мы будем делать? – провожу кончиками пальцев по шее вампира сзади и прижимаюсь к нему плотнее. Чувствую недвусмысленную твёрдость в области паха, что вызывает сладкое томление между бёдер.
– Дышать, – губы вампира снова накрывают мои, и я поддаюсь искушению.
Глава 7
Я просто не в силах противиться сладостному наваждению.
Когда я слышу, как голос Марка дрожит и пропадает от желания, у меня самой пропадает желание сопротивляться и припоминать обиды, зато другие страсти и порывы наполняют неверное тело жаром.
Мы целуемся, как в первый раз, снова и снова лишая друг друга рассудка, и Кросс подхватывает меня под бёдра, а я обнимаю его за пояс ногами – точь-в-точь как в моём первом эротическом кошмаре.
Волнующая мысль разжигает кровь, дразнит зверя, и я прикусываю мужа за нижнюю губу. Глаза вампира разгораются синим, мускулистая грудь вздымается в оковах рубашки, он вжимает меня в себя так, что и мне становится нечем дышать.
Марк сильно взвинчен после перерыва и в скором времени сделает всё, о чём я попрошу. Я не тороплюсь и распаляю его долгими чувственными поцелуями, доводя до точки невозврата.
Муж сажает меня на письменный стол у стены с огромным зеркалом и трясущимися руками расстегивает ремень. Я понимаю, что он возьмёт меня прямо на столе, если я ничего не предприму, поэтому спрыгиваю на пол и ловлю горячие ладони.
– Не спеши, дорогой, – протягиваю с томными нотками.
Кросс смотрит с непониманием, словно ожидает, что я оттолкну его, поэтому я с озорством киваю на завязки на плечах.
– Разве ты не хочешь развернуть свой подарок?..
– Хочу так, что тело сводит, – любимые губы трогает демоническая усмешка, которую я обожаю.
Вампир обнимает меня и расстёгивает молнию на спине, а затем наклоняется и зубами тянет за лямки платья. Я не затягивала их, и те с лёгкостью поддаются.
Марк явно ожидает увидеть обнажённую грудь, поэтому сапфировые глаза расширяются от удивления, когда верх платья опадает, показывая соблазнительный комплект ажурного нижнего белья.
Алый, тонкий, полупрозрачный.
Бра переходит в корсет, состоящий лишь из перемычек и тончайшей сеточки. Соски прикрыты цветочным кружевом, оно же прячет низ живота и ложбинку между ягодицами.
Провокационное дизайнерское белье очень походит на то, в котором моя истинная суть встретила фотографа после убийства Камиллы Лемейн. В ту ночь он сорвался и признался мне в любви, надеюсь, яркий образ отложился у него в голове и вновь поможет вытащить мужа из зоны комфорта.
– Ты беспощадна, – шепчет Кросс, стягивая юбку платья.
Я позволяю ткани упасть в ноги и, переступив через неё, красуюсь перед любовником. Я знаю, что алый выигрышно контрастирует со светлой кожей и лишний раз заводит его, ведь это ещё и цвет крови.
– Ты даже не представляешь, насколько, милый, – улыбаюсь самой искушающей улыбкой в своём арсенале и тяну любимого за полы рубашки к себе.
Смакуя момент, расстёгиваю пуговицы, но вампир мешает мне, покрывая пылкими поцелуями шею, плечи и декольте. Когда настойчивые губы находят проступивший через тончайшее кружево сосок, я давлю в себе стон и кусаю губы.
– Марк, помнишь, чему ты учил меня? – повышаю тон, чтобы отвлечь его. Муж сужает горящие глаза, полные животного вожделения. – Не торопись, насладись процессом…
Последние звуки я выдыхаю ему в губы, поэтому их скрадывает поцелуй. Я расправляюсь с пуговицами и стягиваю рубашку с литых плеч, изучаю пальцами проработанный рельеф мышц и понимаю, что беспощадно теку.