Валерий Титов задумался на секунду. Не так проста эта девочка. Вон, как бесстрашно и уверенно в глаза смотрит.
-И все же, подумайте, Катя. Лучшие представители клуба имеют возможность выступать в Адском Котле. Может, слышали?
-Нет, - на этот раз девушка соврала, но очень достоверно в удивлении вскинула бровь.
А Титов приободрился, начал рассказывать.
-Гонки носят, как вы понимаете, нелегальный характер. Съезжаются на специальный полигон рейсеры из многих городов России. Призовой фонд БОЛЬШОЙ.
И он особенно выделил последнее слово.
-От клуба можно выдвинуть до трех участников. У нас самые перспективные Смирнов и Нагорный. Кроме вас еще ни кому не удавалось обойти Дениса, поэтому мы готовы предоставить вам место. Но есть одно «но».
-Всегда есть «но», - заметила Катя, внимательно слушая собеседника.
Титов согласно кивнул головой и продолжил:
-Трасса не совсем простая. Каждый раз что-то новое, но Адским это место и названо, потому что все испытания представляют собой опасность для гонщика и его автомобиля.
Катя задумалась, и Титов напряженно ждал ее ответ.
-Мне нужно время, чтобы все взвесить и определиться, - наконец, отозвалась девушка.
Валерий приободрился – она, по крайней мере, не отказалась. Покатается еще немного, войдет во вкус, и тщеславие возьмет верх над благоразумием.
-Конечно, - принял он ее решение. – Вы можете связаться со мной, когда все обдумаете.
Мужчина протянул ей свою визитку.
Катя приняла кусочек картона и встала. Разговор был окончен. Девушка отвернулась от столика своего собеседника и окинула внимательным взглядом зал. Пробежав глазами по лицам присутствующих, она вдруг замерла. Через два уютных островка от нее сидела знакомая компания. Губы Кати непроизвольно растянулись в улыбке. Перед тем, как шагнуть в клетку с хищником, у нее имелась возможность пообщаться с людьми, которым она была искренне рада.
Игнорируя любопытные взгляды, Катя направилась к Максиму и его друзьям.
Глава 12.2
Мотор с громким урчанием завелся, подсветилась приборная панель. Все это время Катя молча наблюдала за действиями Дениса. За тем, как крепкие руки мужчины, украшенные вязью татуировок, сжимают руль. Внимательный взгляд Нагорного следил за дорогой, словно ее рядом и вовсе не существовало. Но дальнейшие слова, сказанные Денисом, убедили Ворошилову в том, что он не забыл о ней.
-Что, даже не станешь причитать? – Выруливая с парковки, поинтересовался мужчина. – А как же проклятья на мою голову и оскорбления? Раньше ты была разговорчивее, слова не подбирала.
-Напомню, что ты высокого о себе мнения, - ответила раздражено Катя. - Мне дела до тебя нет. И, кажется, это я тебе вдруг понадобилась, а не ты мне. Какого черта ты вообще устроил в клубе? Да еще меня в свою тачку усадил. Поговорить мы могли и на улице.
Нагорный хохотнул.
-Нет, девочка. Разговор у нас с тобой предстоит приватный, не для посторонних. Хотя, если настаиваешь, я могу позвать Антона и Кощея. Пусть твой дружок хоть свечку подержит. Все же какая-то польза будет.
Внутри у Кати все похолодело. В том числе и из-за снисходительного обращения Дениса. Ее собеседник был настроен решительно. Волны агрессивного желания он источал на километры вперед. Короткий взгляд, брошенный на нее, напоминал взгляд голодного животного, который почувствовал желанный аромат добычи. Но она не добыча. Этому охотнику доморощенному придется сильно постараться, чтобы заполучить желаемое.
-О чем ты? Если о споре, то скажу честно - я брезгую. Как представлю тот конвейер, что через тебя прошел, страшно становится. Без справки тебя к себе ни одна нормальная девушка не должна подпускать. Так что давай сделаем вид, что все между нами уже было.
Слова Кати взбесили Дениса. Он всегда предохранялся и был довольно избирателен по отношению к любовницам. Даже случайные бабы подвергались его внутренней жесткой оценке.
-Ну, уж нет, - процедил он сквозь зубы. – И даже больше. Выполнением условий спора мы займемся прямо сейчас.
Он резко свернул в первый попавшийся переулок и остановил машину. Двор оказался абсолютно безлюдным и даже фонари светили только в отдалении. Пара была предоставлена самой себе, и эта интимность заставила Катю волноваться.