Но картины боя были мутны и не оставляли эмоций. Сознание почти полностью погрузилось в боевой транс, не оставляя места не только для чувств, но и памяти — впоследствии ученица никак не могла собрать осколки воспоминаний в единую картину. Бой смешался в единую кашу. Наитель бешено накидывалась на кого-то, ей отвечали ударами, особо стараясь задеть крылья или горло, но ей удавалось избегать ударов, хотя с каждым разом это было все труднее. Наитель понимала, что, увернувшись десять, двадцать раз, два-дцать первый она пропустит, и старалась нападать лишь на Младших Охотников, избегая Старших с их не-пробиваемой чешуей и смертельным дыханием… В какой-то момент окончательно исчез мешающий туман, позволяя разглядеть картину боя. Охотников теснили. В холодной трясине болота виднелись обожженные и порванные черные тела, медленно тонувшие в ней. В тот день болота получили хорошую поживу…
Внезапно по небу прокатился леденящий душу вопль, преисполненный жуткой ярости и ненависти. Наитель на краткое мгновение замерла, как и остальные драконы. А вот Охотники поняли сигнал и послушались его, мгновенно отступив. Вновь нахлынул из ниоткуда белый туман, а когда он рассеялся, черных противников не было видно даже вдалеке…
На этот раз для выхода из транса не понадобилась "помощь" Тайрена. Он прервался сам собой, оставляя после себя чувство растерянности и незащищенности. Наитель тяжело опустилась на землю и бегло осмот-рела себя. Если не считать обуглившейся чешуи и нескольких особо глубоких царапин, она была в порядке. Усилившаяся после Испытания Стихиями чешуя отлично выполняла свою работу, защищая свою хозяйку… Но не всем так повезло. Дейма, плача и не замечая глубоких ран на теле, съежилась у трупа своей матери. Лэрд тихо подошел и положил голову сестре на плечо. К ним подошел крупный белый, с серебряным отливом дракон и осторожно накрыл крылом… Едва Наитель посмотрела на тело мертвой драконицы, как к ее горлу подкатил противный комок. Сейчас, когда не было оберегающего сознание транса, она с отчетливой ясностью поняла, что наделала. Она не охотилась. Она убивала без крайней нужды, убивала себе подобных, — ведь Охотники так похожи на драконов…
Она не помнила, когда успела сменить ипостась. Просто внезапно Наитель обнаружила себя на коленях, со слезами, текущими по щекам. Ее выворачивало наизнанку каждый раз, когда она могла поднять глаза и увидеть изуродованные тела, окружавшие ее…
Раздался тихий шорох крыльев, драконья поступь, и Вику легонько подтолкнула медно-рыжая лапа. Нери осторожно коснулась ученицы крылом и прошептала:
— Не беспокойся… Все хорошо… так надо… Спокойно, ты уже большая девушка, большая драконица…
Вика сглотнула слезы и попыталась кивнуть, судорожно вцепившись в чешую целительницы. Потом спросила:
— Так всегда? Всегда на войне?
— Да, — помолчав, ответила Миланья. — Со мной тоже так было. Ничего, это пройдет… А теперь иди к Дейме, ей гораздо хуже. И помни, что ты не должна показывать свою слабость никому и никогда!
Потери оказались не так велики, как думали сначала. Погибло всего четыре дракона, еще около десяти — тяжело ранены, но среди драконов было множество целителей, в том числе и Нери, и они бросили все свои магические способностями на исцеление. Легкие ранения были практически у всех, но на них даже не стали тратить время. А вот Охотникам явно досталось гораздо больше — более двух десятков трупов валялось в трясине, а кто-то еще был жив. Всех раненых, бессильно ползающих в болоте, без сожаления прикончили, но большинство был мертво и ранее.
— Это неправильно! — рассуждала Нери, возясь над ранами друга. — Охотники примерно равны нам по си-ле. Тогда почему у них число погибших переваливает за двадцать, а просто раненых и выживших после падения на землю наберется с десяток? Для нас это было бы недопустимой потерей…
Тайрен задумчиво посмотрел на подругу, поморщился от резкой боли в ранах.
— Не знаю… но Младшие явно послабее Старших. К тому же я не замечал, чтобы они дышали этим проклятым туманом. Но их гораздо больше чем нас, ты заметила?
— Да. И большинство — Младших. Детки, чтоб их демоны Аш" шарга сожрали! — Нери в сердцах сшибла хвостом низкорослое болотное деревце. Потом ее тон слегка смягчился. — Как там твои ученицы? Сильно ранены?