Гнездо. В нем спит хищница, а с ним — детеныши. Правильно, то, что искала. Осторожно приземлиться на ветку рядом с гнездом, повиснуть на нем, отчаянно цепляясь коготками за кору, и засвистеть. Миг — и сна хищницы как не бывало. Она вскочила, сощурила глаза и заметила меня. Подобралась, напружинилась — и прыгнула ко мне…
Сорваться с места, насмешливо свистя, и лететь туда, откуда доносится зов хозяйки, маня за собой хищницу. Не улетать далеко, но и не приближаться. Гонка по лесу… Стоп! Резко затормозить и спрятаться в присмотренном ранее дупле. Смотреть…
Хищница остановилась, обескураженная пропажей добычи. Сейчас она принюхивается и обязательно учует меня. Но она учует другое, более важное — детеныша. Он лежит за кустом, исподтишка наблюдая за хозяйкой. Она не движется, даже не глядит на него… Нельзя брать! Надо отдать хищнице, она поможет…
Хищница осторожно коснулась детеныша, пытается разобраться в его запахе. Запах хороший, родной и для нее, и для меня… Она его взяла, аккуратно, за шкирку. Она понесла его домой, но добычу так не несут. Так хищники несут детенышей. Хорошо. Хозяйка будет рада…
Вика открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как шевельнулись ветки густого куста на опушке. Раздалось добродушное ворчание, тонкий писк — и все стихло. Потом из-за одного из деревьев вылетела донельзя довольная собой Арэйте. Вика осторожно поймала змеинку и ласково почесала ее голову.
— Ну ты, маленькая негодница! — с восхищением промолвила девушка. — Умнее хозяйки, оказывается!
Лирна ничего не ответила, лишь мурлыкнула и вновь устроилась на плече хозяйки. Вика чуть поморщи-лась — выросшая змеинка ощутимо царапала коготками кожу, оставляя мелкие царапинки, — но прогонять ее не стала.
— А что она сделала? — заинтересовалась Ленка. Пока Вика следила за Арэйте, весь остальной отряд ото-шел в сторону, теперь же они вновь подошли.
— Приманила какую-то хищницу, на волка похожую, но лазает получше рыси, да и меньше намного, прямо к Тину. Я думала, она его сожрет, ан нет, приняла за своего!
— Умная животинка, — заключил Иван. — Эх, я и сам раньше хотел лирну… Теперь детенышу ничего не грозит, не беспокойся. Запах детенышей м" ардов очень необычен — он успокаивает всех хищников, и каким-то образом заставляет считать "своим". Теперь полетели. Я там деревеньку заколдовал, она должна была через десять минут после окончания заклинания взорваться. Не стоит испытывать судьбу…
Слова Ивана сбылись. Не успел их маленький отряд отлететь от злополучной деревни на жалкий десяток метров, как раздался мощный взрыв, и Наитель толкнул в спину мощный поток воздуха. Замахав крыльями сильнее, драконица оглянулась. На месте деревни теперь осталось лишь обожженное пятно радиусом в несколько десятков метров, но весь огонь почти мгновенно потух. Теперь лишь этот круг, который все равно скоро зарастет травой, напоминал ей о случившейся трагедии.
Глава 4
Вопреки ожиданиям, вар Рингар принял решение лететь ночью, настигая кайренов. Что послужило при-чиной для такой спешки, Наитель не поняла, но возражать не стала. Да и кто бы ее послушал?
Места, где кайрены встретились с Охотниками, они достигли через жалкие полчаса. Пожалуй, драконы заметили бы это место и раньше, если бы не холм, поросший густым лесом, который заслонил его.
Человек, назвавшийся помощником градоправителя, описал опушку леса на редкость точно. Все так, как он говорил: черные проплешины на зеленой траве, следы Охотников и кайренов, несколько снесенных деревьев в южной части опушки…
— Они что, дискотеку тут устраивали? — брезгливо поинтересовалась Мейтри, рассматривая луг. Наитель только хлопнула крыльями.
— Главное, что они тут были, и не так уж давно. Явно возвращались сюда, — сказала Дейма и принюхалась. — Скорей бы их настичь! Уж я-то…
Наитель кивнула, внимательно глядя на приятельницу. За неделю, прошедшую со дня гибели матери, Дейма сильно осунулась и стала напоминать какой-то призрак. Хотя она со своей светло-серой чешуей и хрупким строением и раньше его напоминала, но сейчас драконица истончилась до духа. Впрочем, живой огонь в ее глазах угас не до конца, иногда вспыхивая, а при любом упоминании Охотников грозил разгореться до пожара.
Более флегматичный и спокойный Лэрд перенес трагедию легче своей сестры. Он тоже немало горевал, но все-таки меньше Деймы. Дело в том, что драконов-самцов воспитывают отцы, дракониц — матери, и привязываются они соответственно. Наитель такое распределение казалось странным, но она не высказывала своего удивления, помня, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят.