— Да что с тобой делать?! — Эврен легко пресёк побег и закинул её на плечо.
— Не надо! — она отчаянно колотила кулачками по спине.
— Левее.
— Что?!
— Левее, говорю, постучи. И чуть сильнее, а то поясница как деревянная. Столько бумажной работы, что спина уже не выдерживает…
— Массажист Вам в помощь, — прошипела Сильфия.
А тем временем они уже оказались возле дракона. Эврен легко забрался на спину и скинул её в седло перед собой. Раздался щелчок. Сильфия убрала растрепавшиеся волосы с лица и подергала крепление.
Амуниция для полёта на драконе выглядела странно. Её облачили в стёганую курточку, с множеством креплений. Куртка была маловата и рукава были заметно коротки. Ремни конюший затянул так, что она с трудом могла сделать вдох. Перчатки, наоборот, были великоваты. Эврен тем временем деловито достал ещё один крюк и пристегнул её к седлу. Куртку император не надевал, оставшись в камзоле, поверх которого надел странную конструкцию из кожаных ремней. Ему, понятное дело, утепляться не надо. Сложно замерзнуть, когда в тебе течёт магическое пламя.
— Очки для леди, — приказал император.
Мальчик шустро метнулся в пещеру.
— А можно я снизу посмотрю?
— Тебя к брюху привязать?!
— Нет. Можно просто на земле оставить, — предложила более разумный вариант Сильфия.
— Ты хотела свободы — я выкроил для тебя время в своём плотном расписании. Как раз между утверждением сметы канализации, будь она неладна, и поиском заговорщиков. Рассчитываю хотя бы на благодарность, — Эврен поправил кожаную перчатку. — Я не в силах вернуть твоего зверя, но вижу, что ты скучаешь по небу.
Сильфия поджала губы. Она знала, что не сильно дорога императору, но чтобы в списке его приоритетов оказаться где-то между врагами и отхожим местом. Было даже немного обидно…
— Вот, Ваше Императорское Величество.
Эврен наклонился в седле, забирая очки. Стеклянные линзы и кожаный ремешок с креплениями выглядели вполне новыми, как и те вещи, которые на неё напялили. Было такое чувство, что их ни разу не надевали прежде. Император, не спрашивая согласия или разрешения, надел на неё очки и туго затянул ремешок на затылке.
— Ауч! — пара волосков навсегда покинули голову.
— Не реви только.
— А Вам не нужно это пыточное устройство? — она аккуратно поправила очки, чтобы было удобно.
— Обо мне позаботились Древние. И давай уже на «ты». Надоело, что ты постоянно скачешь туда-сюда.
Сильфия посмотрела через плечо, пытаясь разобраться, а в чём собственно проявляется эта забота. Эврен улыбнулся и в это же мгновение его глаза затянуло прозрачной перепонкой. Она испуганно икнула в ответ и мужчина засмеялся. Сильфия отвернулась, старательно делая вид, что её подобное совсем не смутило. Да и вообще, что такого странного может быть в наличии мигательной перепонки у человека?!
Она не успела определиться с тем, как относится к таким странностям императорской физиологии, как Драккар поднялся на ноги. Её ощутимо качнуло вперёд и повезло, что император придержал за плечи, иначе она вполне могла напороться глазом на один из множества шипов. Дракон — это не пегас с шелковистой гривой и бархатистой шерстью. Это огромный покрытый чешуей и шипами огнедышащий монстр. Чешуей был покрыт даже язык Драккара. Сильфия, когда впервые это увидела, с ужасом подумала о том, что будет с несчастным, которого дракон решит вылизать. И воздушной магии в драконах не было, поэтому, чтобы подняться в небо, им нужно либо прыгнуть с уступа скалы, либо разогнаться.
Сильфия впервые в жизни сидела на спине бегущего дракона, но искренне желала, чтобы этот раз стал последним. Не в том плане, что она выпадет из седла, а в том, что ей больше не придётся пережить такую жуткую тряску. Пришлось так плотно сжать челюсти, что заболели зубы, но иначе можно было откусить язык.
Драккар быстро набрал скорость, оттолкнулся лапами и взмахнул крыльями. Её дёрнуло назад. Даже сквозь кожаную куртку чувствовался жар тела императора. Дракон быстро поймал крыльями поток ветра и набирал высоту. Трясти перестало и Сильфия с трудом разжала пальцы, которыми вцепилась в седло так сильно, что на коже остались вмятинки от ногтей.
Ветер трепал волосы, отчего некоторые пряди липли к губам. Мощные крылья поднимали её всё выше к облакам, а в груди разливалось чувство эйфории. Она снова летела, пусть и не такая свободная, как во снах, но это было восхитительно. Проносились под ними фермы, поля и сады, а облака всё приближались. Воздух ощутимо похолодел, щёки мерзли, а дышать стало сложнее. Уши закладывало от резкого набора высоты.