— Держись крепче, — шепнул Эврен на ухо и перехватил её одной рукой поперёк талии, прижимая к себе.
Сильфия хотела возмутиться, но в этот момент Драккар сложил крылья и они буквально рухнули вниз. Она отчаянно что-то кричала, вцепившись в руку императора. Практически над самыми крышами дракон расправил крылья, выравнивая полёт. Они неслись над самыми крышами в сторону замка. Мелькали трубы, цветочные вазоны, окна, люди, но ничего толком нельзя было рассмотреть. Вслед им неслись крики, на удивление радостные. Вероятно, жители Акрада уже привыкли к таким воздушным манёврам, а вот она нет.
Приземление нельзя было назвать мягким. Их ощутимо тряхнуло, отчего зубы клацнули друг о друга. Эврен отстегнул ремни и помог ей слезть. Ноги подкашивались и поддержка императора была кстати. Хотелось целовать землю.
— Не думал, что ты так перепугаешься. Всё же было под контролем, — веселился мужчина. — Ты что, не летала прежде?
— Иногда, — всё ещё пребывая в растрёпанных чувствах, Сильфия пыталась вернуть власть над собственными коленями, чтобы они не дрожали так заметно. — Пегасы спокойнее и не вытворяют такие вот…
— У них плечевой сустав слабее и просто крылья вывернет при резком торможении, — покивал головой император. — Драконы сильнее и выносливее, так что не было причин для паники. Да и где ты таких ругательств понахваталась? От своей подруги?
— Жизнь научила, — гордо ответила Сильфия и вздёрнула носик, стараясь сохранить независимый вид. К ним уже бежала Иска, за которой невозмутимо шагал Болин.
Глава 8. Упрямство и верность
Древние наградили Болина практически безграничным терпением, но и оно уже подходило к концу. Эврен был упёртым до тошноты. Никакого интереса к новой наложнице. Начинало казаться, что драконьи хозяева такие же однолюбы, как и звери, с которым связаны. Вот только история зафиксировала немало случаев, когда императоры женились повторно и были вполне счастливы. Кроме того, чувства не имели значения, когда речь шла о благополучии империи. Чувства они для простолюдин, вольных выбирать себе спутника жизни, а император — слуга народа и должен позаботиться о будущем империи. Для того, чтобы зачать ребёнка, любовь не обязательна, как бы цинично это не звучало.
Все эти доводы разбивались о ледяное молчание Эврена. Маг огненный, а злость от него распирала волнами холода. И всё же Болин не привык сдаваться и теперь с довольным видом смотрел на то, как друг выводил девушку из библиотеки.
Идея была простая до гениальности. Пусть Эврен и не расположен к своей пленнице, но Драккар девушкой интересуется, так что сперва нужно научить Сильфию не бояться хотя бы зверя, тогда можно будет надеяться на то, что маленькие ростки интереса перерастут в нечто больше и, хотелось надеяться, взаимное. А уж на что способны женщины в своём стремлении привлечь внимание понравившегося мужчины, Болин знал не понаслышке. Он лишь окажет леди Сильфии посильную помощь. Но, даже если этот план не удастся, то ещё оставался вариант с новой императрицей, которую ещё предстояло выбрать и выкупить.
Для этого тоже нужна была Сильфия — если она проживёт подле императора хотя бы пять-шесть лунных циклов, слухи о Кровавом Вдовце заглохнут и те немногие князья, у кого есть дочери на выданье, будут совсем не против породниться с императором. В очередной раз. Он предпочитал не думать о том, что все аристократы в той или иной мере родственники. Это была необходимость, чтобы потомки не теряли способности к магии и привязку к зверю. Других способов никто не нашел, хотя раньше пытались. Сейчас уже никто и не искал.
— Куда это они? — растерянно прошептала девушка, когда двери библиотеки шумно захлопнулись.
— Кататься на драконе, — Болин положил себе на тарелку пирожное. — Нет причин для беспокойства, госпожа Иска. Им давно пора познакомиться поближе. Для леди Сильфии это совершенно безопасно. Вряд ли она боится высоты.
Девушка с задумчивым видом расправлялась с пирожным и молчала. Интересная. Смелая, бойкая, хотя и немного наивная. Болин отчасти понимал привязанность княжны к этой девушке. Таких среди аристократок не встретишь — они все мягкие и женственные, хитрые и коварные. Редко в ком воспитывался твёрдый внутренний стержень и прямолинейность — это не ценилось на рынке невест. А зря…