Она озиралась по сторонам. Вокруг были хаос, кровь и разрушение. Мощный рёв потряс пространство над городом и девушка задрала голову, пытаясь понять, что там творится. В небе сцепились дракон и жуткая крылатая тень. Ожесточенная битва приковывала взгляд. Тварь терзала дракона, стараясь пробиться сквозь чешую к плоти. Дракон в ответ окатывал противника пламенем и впивался клыками. Казалось, что ни одна сторона не уступает в этом противостоянии.
Альмия вскрикнула от ужаса, когда монстр впился дракону в горло. Последняя вспышка пламени и императорский зверь был сражен. Она следила за тем, как некогда могущественное создание падает вниз, на разоренный город, сраженное тенью.
— Это ещё не конец, — Оракул, неведомо как оказавшаяся рядом, тронула её за плечо и картина погибающего города смазалась.
Теперь они стояли на опушке Леса, пожираемого чёрным пламенем. Жуткие тени с алыми глазами мелькали среди деревьев. В небе сражались драконы. Альмия узнала белую чешую Кахалонга, но сейчас она была покрыта тёмными пятнами — дракон был ранен и проигрывал бой с крылатыми тенями. Хотелось выть от ужаса, потому что эти тени были невероятно похожи на драконов. Даже не так… Они когда-то были драконами…
На спине одного из теневых драконов Альмия заметила силуэт человека и в тот же миг её выдернуло из видения. Она снова стояла на поляне перед каменной чашей и пыталась отдышаться. По спине катился холодный липкий пот.
— Кто это был? Кто тот человек?
— Тот, кто одержим тенями - Пожиратель душ. Они уничтожат всех в землях людей, наращивая армию, а затем придут в наши земли, неся за собой смерть и разрушение. Мир, каким мы его знаем, перестанет существовать и утонет во тьме. Такова судьба, — Оракул отрешенно смотрела в небо.
— Зачем ты показала мне это? — Альмия отступила от чаши, не желая больше видеть смерть мира.
— Будущее — это не прямая тропа. Оно словно дерево, ветвится, разделяется на множество исходов. Я многие месяцы отслеживала каждый из возможных вариантов, искала возможности и нашла.
— И это как-то связано со мной? — догадалась девушка.
— Почти. Твоя дочь — ключ к иному будущему.
— Дочь?! — Альмии казалось, что почву выбили из-под ног. - Но у меня нет детей.
— Дракон, рождённый в этот мир человеком и выросший среди людей. Она сможет склонить чашу весов в сторону жизни.
Хотелось одновременно и сбежать, и засыпать Оракула вопросами, но Альмия не успела сделать ничего из этого. Сперва порыв ветра согнал туман с поляны. Почва под ногами содрогнулась. Кахолонг яростно зарычал. В его пасти искрили молнии. Ноги подогнулись от страха и Альмия осела на траву. Оракул же даже не шелохнулась.
— Я запретил к ней приближаться! — Кахолонг аккуратно перемахнул через каменные столбы.
— Она имеет право знать правду, — ровным голосом ответила Оракул.
— А ты сказала, что ждёт её в том будущем?
Гибкий хвост бережно подхватил Альмию и перенёс на спину дракона.
— Что меня ждёт?
— Неважно. Мы улетаем и ты больше сюда не вернёшься.
— Нет! — Альмия соскользнула вниз по лапе и пошла к Оракулу. — Скажи, что меня там ждёт!
— Ничего, — та лишь покачала головой. — Тебя нет в этом будущем. Лишь твоя дочь.
— Моя дочь… — Альмия задумалась. — Она выживет?
— Это зависит от того решения, что она примет. Сам факт её рождения не изменит будущее, лишь поступки способны склонить чашу весов. Выросшая среди людей, она вернётся к своему народу и обретёт себя настоящую.
— Я не позволю губить Альмию ради призрачного шанса! — пророкотал Кахолонг. — Ты недостаточно искала! Продолжай и не смей показываться мне на глаза, пока не найдёшь иной способ.
— Я согласна! — выпалила Альмия.
Показалось, что на лице Оракула промелькнула едва заметная улыбка, и на мгновение всё заволокло туманом.
Та ночь отличалась от остальных. В эту ночь на небосвод выходили все три Луны в полной своей силе. Ещё не утратила полноту средняя из них, что всегда выходила на небосвод первой, и уже вошла в полный свет младшая из трёх. Старшая же изливала свой слегка красноватый свет в полной мере. Но не только полнолуние всех трёх Лун отличало эту ночь. С минуты на минуту они должны были выстроиться в ряд на небосводе. Оракул считала эту ночь особенной, а магию, что несло в себе сопряжение трёх Лун, исключительно сильной.
Альмия лежала на жертвеннике и смотрела на то, как сближаются Луны. Несмотря на то, что камень под спиной был ощутимо прохладный, у не вспотели ладони.