Внизу, в скале, была пробита дверь. Они вошли в нее и по ступеням поднялись вверх.
На одном из поворотов лестницы неожиданно они услышали голос сзади.
— Что привело сюда гордых ойропат?
Девушки повернулись и тут же, на площадке, упали на колени.
— Я… — Гелика хотела сказать кто она, но пифия остановила ее:
— Знаю, ты дочь Агнессы, Гелика.
— О! — И Гелика, и Гилара от растерянности потеряли дар речи.
— Чего ты хочешь? — Пифия подошла ближе.
Гелика все еще не могла вымолвить ни слова.
— Ты хочешь знать, когда дитя родится? И будет ли это девочка или мальчик?
— О, да, богиня… — Гелика от страха опустила глаза и боялась взглянуть на великолепную, в белом шерстяном одеянии, пифию.
— Смотри мне в глаза, — сказала та. Гелика с трудом подняла очи. И сразу словно утонула в огромных, необыкновенно притягательных глазах волшебницы.
— К весне, когда еще снежинки будут на цветах миндальных, ты мальчика прекрасного, подаришь миру… — Коро направила ладони в сторону Дороса и продолжила: — Красивая и гордая царица его захочет тут же умертвить…
Гелика вскочила на ноги, рванулась, но слова пифии ее остановили.
— Но боги Ипполита и Арей его спасут, и женщина во храме укажет путь к спасению царя…
— Царя? — Гелика и Гилара выдохнули чуть слышно это слово, но в пещере оно отозвалось громким эхом «царя… царя… царя…»
— Царя бесстрашных и жестоких амазонок…
— Но у нас нет царей, великая богиня…
Гелика прошептала эти слова, но Коро, точно не замечая, добавила:
— И много слез прольют родные… Отец и мать… Я вижу кровь и битву за мальчика, как за алмаз бесценный, звенят мечи и стрелы срываются с тугих тетив повсюду… А дальше… я не вижу… уходите.
Девушки встали. Гелика, точно в тумане, сняла с шеи бусы, украшенные золотыми сердечками, и положила на ступени.
Всю дорогу назад Гелика молчала. Гилара, прикоснувшаяся к волшебству, тоже чувствовала неуместность слов. Они пришли в Дорос под вечер. Их отсутствие, казалось, никто не заметил. Лишь когда они шли мимо храма Арея, кто-то проводил их долгим взглядом. Но в темноте нельзя было разобрать, кто это.
Быстро переодевшись, Гелика побежала в храм. Он был пуст. У изваяния Арея горели лампады. Напротив — крылатая богиня Ипполита. Мраморные крылья, кажется, вот-вот поднимут ее над грешной землей. А копье в руках в любой миг готово поразить врага и грешника.
Гелика упала на колени, положила на постамент золотое колечко. Устремила взор в глаза Ипполиты:
— Молю тебя, богиня Ипполита, пусть сбудутся слова Великой Коро… Но как понять ее слова о том, что женщина из храма спасет мне сына?
Гелика с мольбой смотрела на лик Ипполиты и не заметила, как тихо подошла Мелета и встала рядом с ней на колени.
— И я молю тебя. Великая богиня, пусть сбудутся предначертания судьбы…
Гелика, не веря ушам своим, боялась даже взглянуть на Верховную жрицу. Она также стояла на коленях, и губы ее шептали мольбы.
Долго они так молились, и боги точно соединяли их сердца.
— Пусть будет жить мой мальчик, — шептали губы Гелики.
— Да поможет нам в этом Ипполита и Арей, — шептала Мелета.
— Пусть боги сберегут отца сына моего и мужа моего, — чуть слышно говорила Гелика. — Пусть люди — женщины, мужчины, греки, скифы, тавры перестанут лить кровь на земле Таврики.
Гелика, точно во сне, встала и пошла по плитам храма к выходу. Мелета шла рядом. У двери обе остановились.
— Ты, милая, наверное, удивилась моим мольбам? — Мелета нежно обняла девушку.
— Да, о Верховная… ведь ты же с детства нас учила, что только смерти достойны трутни…
— Да, это так, но вот недавно… было чудо — ко мне в покои бог спустился — это был Арей и вслед за ним слетела Ипполита. И богиня сказала мне: «Весною будет буря, и тогда все ваши тайны узнает Таврика…» Когда я ее спросила — как нам жить? — она ответила: «Вам нужен царь, и жить должны вы, как живет Амага. Иначе все погибнете до одной». Арей ничего не сказал, а только кивнул головой в знак согласия. И они исчезли.
— Тогда и я признаюсь тебе, — Гелика доверчиво обняла Мелету, — я была у Коро. Волшебница сказала, что у меня родится мальчик, и будет он царем. Но Агнесса, Агриппа, они убьют его!..
— Доверься мне, — Мелета по-матерински обняла Гелику. — Еще до родов мы спрячем тебя у Коро. А там… жди, я дам тебе знать.
Гелика, счастливая, еще не веря перемене в Верховной жрице, шла домой. «О, Арей! О, Ипполита! О, Мелета! — шептали ее губы. — О, великие боги! Я благодарна вам всем сердцем. Пусть будет так!»