Эйден отскочил, и копье его не коснулось. Весь следующий бой был таким — юноша легко и очень быстро уворачивался, не нанося принцессе ударов. Просто бегал по площадке. Наконец, Сильвии удалось прижать его копьем к стене. Но ей показалось, что Эйден сдался, что ему просто надоело. Она так и не поняла, какова сила этого паренька.
— Расскажи о брате! — произнес юноша, прислонившись к каменной кладке.
"Однако! Мы уже на ты?"
— Зачем? — нахмурилась девушка, опустив копье — Почему ты так настойчиво спрашиваешь?
— Ну-у… — протянул граф.
— Просто из любопытства? — продолжила Сильвия — Не понимаешь, что такие воспоминания причиняют боль?
— Ты думаешь, он жив? — как ни в чем не бывало, поинтересовался юноша.
— Конечно, жив! — произнесла принцесса, и отвернулась — она не желала говорить о брате.
— Возможно, я знаю, где он! — сообщил Эйден, и Сильвия замерла.
— Если ты так шутишь…! — грозно воскликнула она.
— Расскажи мне, как его украли! Ты же присутствовала при этом при этом!
Принцессе едва не задохнулась — ее сердце сдавила ледяная рука страха.
— Нет! — воскликнула она — Меня там не было!
— Расскажи мне все! И, возможно, я скажу, где твой брат, Наследный Принц Анфии!
— Говори, что знаешь! — крикнула Сильвия, и схватив копье, попыталась ударить Эйдена магической силой, превращающий врага в камень на несколько секунд. Но, юноша опять увернулся, и противно захихикал. Лицо и улыбка его перестали быть милыми — граф смотрел на принцессу злым и проказливым взглядом, определенно, насмехаясь над ней.
— Как ты смеешь! — воскликнула девушка, размахивая копьем.
Эйден отбежал, крикнул:
— Сначала ты скажи! Хочешь увидеть брата — поведай все, что тогда случилось!
И, легко перепрыгнув низенькую решетку, разделяющую дворик и сад, скрылся среди деревьев. Сильвия дернулась было, догонять, думала позвать стражу, но не стала: не хватало признаться, что она не справилась с мальчишкой, да еще вмешать в личные дела солдат!
Принцесса, что бы успокоиться, продолжила тренироваться, оттачивая навыки владения Копьем Справедливости, как она называла свое оружие. Но получалось плохо, потому что руки, от пережитого волнения, дрожали, а мысли путались. Она надеялась, что Эйден вернется, и вспоминала случившееся шестнадцать лет назад. Вспоминала вопреки своему желанию.
Юноша вернулся — неожиданно возник перед принцессой.
Сильвия молча прошла мимо него в сад, зашла в первую попавшуюся беседку, и опустилась на скамейку. Эйден последовал за ней, и сел рядом. Он уже не ерничал, и не кривлялся — лицо юноши было серьезным.
— Кто тебе сказал, что я была там в это время? — тихо спросила принцесса.
— Нянька принца! — ответил Эйден.
— Она еще жива? — удивилась Сильвия — Ей же сейчас лет сто!
— Была жива,когда я с ней разговаривал! — ответил юноша.
Принцесса молчала, собираясь с духом. Вспоминать ту трагедию ей было тяжело.
… Празднование Дня Рождения Наследного Принца проходило грандиозно — с пальбой из пушек, салютами, турнирами и балами. Пятилетняя принцесса Сильвия любила двухлетнего братика, но празднику в честь него была не рада, потому что все делалось для принца и во имя принца, а о девочке словно забыли. Вообще, Сильвии казалось, что после рождения брата родители ее разлюбили. Раньше все было для нее, исполнялись все желания девчки, и на всех праздниках присутствовала. Теперь это делалось для брата, ведь он — Наследник Престола. А она так, просто незначительная особа…
Вот и сегодня ее не взяли на бал, хотя девочка выучила несколько танцев — такие праздники Сильвии нравилась. Девочка любила находиться среди взрослых дам и кавалеров, которые всегда восхищались Сильвией. Раньше. Теперь они умилялись братику.
Вместо принцессы на бал отправился брат, которого препроводили туда на руках, и который не умел танцевать — он и ходить пока почти неумел. Принц не мог оценить веселья, капризничал, и его унесли спать. В кровать отправили и Сильвию, потому, что время позднее.
Перед этим, как и всегда, няня отвела принцессу в придворную часовню — помолиться на сон грядущий. И девочка, как обычно, попросила благополучия и здоровья народу империи, папе, маме, себе… А потом обиженная принцесса попросила у богов, что бы они забрали братика. Без него все будет как раньше, и как и прежде, Сильвию будут любить…
Затем они с няней вернулись в покои, старушка уложила принцессу в кровать, убедилась, что девочка уснула, и ушла любоваться салютом. Но, Сильвия просто притворилась дремлющей — ей тоже хотелось посмотреть на фейерверк. Поглазев на него из окна, Сильвия отправилась бродить по дворцу — что бы назло не спать! Стражники, слуги и придворные девочку не останавливали, и ничего не спрашивали — она принцесса, да еще, несмотря на малолетство, обладает властным и вредным нравом.