— Нет! Мои родные не умрут! Никогда! Мама обещала!
— Верь, если хочешь. Быть может, ты успеешь. Я не успел. Вари не существует. Никто о ней не знал. В неведении она умерла снова. Поможешь?
— Как?
— Надо ее похоронить.
Я не могла отказать, поэтому заворачивала ее тело в ковер и грузила вместе с братом в багажник.
— Ты снова вернешь ее или откажешься от игры?
— Не то и не другое. Я буду играть ради тебя. Помогу выжить, кем бы ты ни была.
— Не надо. Поговори с Эриком. Он знает?
— Я с ним уже говорил. Он предлагал повторное воскрешение, но ты же читала записку…
— Расторгни договор. Не играй.
— Не могу. По условиям договора это невозможно. Да я и не хочу его расторгать. Я хочу тебе помочь.
Я не нашла, что ответить, хотя голова была переполнена мыслями. Помощь в игре мне не помешает, но я не хотела, чтобы брат рисковал жизнью теперь уже ради меня. Слишком большая ответственность. Не готова взять ее на себя. Но, что делать и говорить, я не знала.
Мы приехали на пустырь. Взяли две лопаты и начали копать. Вскоре я находилась на дне могилы. Ничего не видела, кроме сырой земли. Измазалась с ног до головы. Грязь скрипела на зубах.
Назар подал мне руку, и я выбралась наружу, а рядом лежал свернутый ковер. Мы перекатили его в яму.
Жуткий звук. Глухой и резкий. Вот он. Конец ее второй жизни.
Без слов принялись закапывать яму. Боли я не чувствовала, а вот усталость с лихвой.
Назар обозначил могилу, воткнув в землю небольшой деревянный крест. Привязал на верхушку своего черного ворона, который раньше висел в машине, и опустился на землю.
— Что теперь? — спросила я.
— Ничего, мотылек. Просто игра.
— Не называй меня так.
— Почему?
— Не хочу.
Брат прикусил губу и отвернулся.
— Просто он так тебя называет, да?
Я промолчала.
— Я потерял не только отца и любимую. Сейчас я теряю тебя. Мою последнюю надежду на будущее
— Неправда. Я всегда буду рядом… Как и с ним.
— Жаль. Ты поставила на одну ступень со мной не того человека.
Глава 33
Лана
У меня в голове целый день крутились слова Эрика: «Сегодня последняя тренировка перед игрой». Я давно так не волновалась. Из-за этого почти не общалась с родителями, а они продолжали вести себя странно. Я не видела, чтобы папочка смотрел телевизор или читал газету, как раньше. Он постоянно что-то печатал в моем ноутбуке. Я попыталась взять его, чтобы написать письмо Оле, но это оказалось все равно, что забрать у голодной собаки кость. А мама жила на кухне. Готовка занимала все ее свободное время и мысли. Она даже не всегда отвечала на мои редкие вопросы. Казалось, что я нахожусь в дурдоме. Каждый на своей волне.
Илья после последнего сообщения тоже не писал и не звонил. Самые страшные подозрения сбывались. Он выражал симпатию только для того, чтобы узнать, какой у меня дар. Дура! Не могла держать язык за зубами! А на самом деле все правильно. Зато еще до игры узнала истинные мотивы. Как же я на себя злилась! Нельзя было ему верить. Не послушала брата и прогадала.
Назар раздражал меня сегодня больше всех. Он пришел ко мне за час до тренировки сам не свой. Дурдом набрал обороты с его появлением. Он постоянно разговаривал с воздухом. Кричал на кого-то. Приказывал позвать Варю. Бесило это только меня. Родители не обращали на него внимания, как и на меня. Но я ничего не сказала брату. Жалость не позволяла выплеснуть эмоции. Поразительно, что он вообще не лежит трупом на кровати. Я знаю, какое состояние может накрыть после смерти близких, и боюсь представить, что такое реально пережить во второй раз.
На сегодня брат отмазал меня от тети. Сказал, что я сдавала кучу анализов, устала и отдыхаю дома. Как долго мы сможем ее удерживать от посещения моей квартиры?
Неизвестно.
Я надела удобную для тренировки одежду — шорты и футболку, рукава которой скрывали пентаграмму на плече. Я не хотела, чтобы ее кто-то видел. Не знаю почему. Просто неприятно быть заклейменной.
Я уселась в кресло и оглядела квартиру. Мама тарахтела кастрюлями на кухне, папочка стучал по клавиатуре, Назар постоянно кричал. От нескончаемого шума у меня задергался глаз. Я поймала себя на мысли, что лучше бы сова, живущая у дома тети, истошно кричала за окном.
Вскоре, без каких-либо напутствий и советов, мы с братом сели в машину и помчались на сбор игроков. Эрик определил местом встречи лесополосу за городом. Мне казалось, что именно в оврагах, отделяющих дорогу от деревьев, находят изувеченные трупы. Тихо, пустынно и мрачно. Это место навевало на меня страх, который заставлял трястись колени. Я глубоко дышала и не смотрела в глаза другим игрокам, стараясь не выдать панику, что ураганом носилась в груди.
Илья подъехал на «Хонде», вышел из автомобиля и коротко кивнул всем. Задержал взгляд на нас с Назаром, недовольно вздохнул и отвернулся.
Вот сволочь! Даже не подошел ко мне, будто мы чужие люди, а ведь еще вчера целовались на «горе любви». Лицемер! А я дура! Идиотка! Нашла, кому поверить! Хорошо, что не отдалась этому гаду. Сейчас бы слезы лила, как и пророчил брат.
От злости я не могла спокойно стоять на месте. Переминалась с ноги на ногу. Артур заметил мое волнение.
— Что с тобой? Страшно?
Я ничего не ответила, а лишь смерила его грозным взглядом. Лучше молчать, иначе начну на нем срывать злость. Это увидит Илья и сразу все поймет. Пусть лучше думает, что мне все равно.
Ботан снова опоздал. Широко раскрытыми глазницами он обвел игроков. Неестественно расширенные зрачки делали его глаза черными, демоническими. Такое ощущение, что парень едва соображал, где находится и для чего.
Инопланетянка уставилась в одну точку на горизонте, теребя карандаш.
Маша, сморщив лоб, разглядывала свой маникюр.
Артур вообще не сводил с меня глаз, при каждом удобном случае упоминая, как сильно соскучился. Иногда отвешивал комплименты и при этом следил за реакцией Ильи, который стоял в паре метров от нас. Он периодически отхлебывал воду из пластиковой бутылки и не заговорил ни с кем из игроков, даже с друзьями.
Барби открыто флиртовала с Борей, а тот с удовольствием отвечал ей взаимностью и будто невзначай скользил руками по прелестям блондинки.
Смотреть на это было противно и приятно одновременно. С души будто камень свалился, ведь Лариса переключилась на другой объект обольщения. Тягаться с ней за Илью практически невозможно. Я уступала по всем параметрам.
И зачем я об этом думаю? Он все равно никогда больше не будет со мной.
Всегда скупой на слова Эрик наблюдал за нами, изредка прищуриваясь, вслушиваясь в разговоры.
Вскоре он заговорил:
— От сегодняшней тренировки будет многое зависеть на игре. Отнеситесь к ней серьезно.
— Что надо делать?
Судя по растягиванию слов и покачиванию, Марат изрядно выпил.
Эрик ухмыльнулся.
— Для начала разделитесь на команды. Состав тот же, как на прошлой тренировке.
Я с шумом выдохнула. Опять мы с Ильей по разные стороны.
— В лесу есть ориентиры. Они приведут вас к цели…
Не успел организатор договорить, как Марат с Ботаном побежали в лесополосу, по пути пытаясь чем-нибудь друг друга огреть.
— Содержимое шкатулки вам поможет. Забери его у этого пьяницы, - обратился Эрик к Илье.
Илья кивнул, подмигнул мне и ринулся за игроком своей команды. С чего бы это? Я совсем не могу его понять!
Мы переглянулись с братом и Артуром, и вошли в тень деревьев. Лучи тускнеющего солнца просачивались сквозь ветви, освещая кусочки травы, словно нашествие солнечных зайчиков, но не пляшущих, а неподвижных. Воздух стал таким же спертым, как на церемонии посвящения. Тяжело дышать, будто находишься в сауне.
Послышался крик Ботана, вырывая из вязкого сумрака. К нам присоединились Маша и Эльвира. Мы сорвались с места, направляясь к источнику звука.
— Я нашел ориентир!
Наркоман указывал на ствол дерева, с трепетом ощупывая бархатистый мох. Под его руками структура растения начала меняться, становилась желеобразной. Она медленно стекала зелеными каплями, оголяя рисунок, выжженный на очищенном от коры дереве. Очертания были залиты красной краской. На алом фоне изображался лучник, натягивающий тетиву. Стрела указывала вправо.