— Это семя, — прошипел Люцифер.
— Оно прорастёт страхом. А страх рождает гнев. Гнев — войну.
Вельзевул потянулся к плоду, но Люцифер сжал пальцы, и сок, едкий как кислота, капнул на землю.
— Не сейчас. Сначала мы должны… перестать спрашивать.
Последний Взгляд на Рай.
Перед тем как уйти, Люцифер обернулся на Эдем. Ева смотрела в небо, прикрывая ладонью зелёную звёздочку на лбу. Их взгляды встретились.
— Ты придёшь ещё? — будто спросила она без слов.
— Да, — ответил он беззвучно.
— Но ты не узнаешь меня.
Глава 7: Падение.
Небеса, некогда сиявшие гармонией, задрожали от первого крика войны. Хрустальные Сферы, защищавшие Эдем, треснули, и сквозь щели хлынул ветер из пустоты — холодный, пропитанный запахом гари и расплавленного металла. Люцифер стоял на вершине Горы Света, его пламенные крылья теперь пылали чёрным огнём, а за спиной выстраивались легионы мятежников. Их доспехи, некогда сиявшие, как звёзды, покрылись трещинами, из которых сочился дым.
— Они называют нас павшими, — голос Люцифера раскатился по небесам, словно гром.
— Но сегодня мы станем новым рассветом!
Они пришли из глубин мироздания:
- Вельзевул, чьё тело кишело жуками из антиматерии, с крыльями, обтянутыми гниющей кожей.
- Асмодей, несущий зеркало, в котором отражались кошмары ещё не рождённых людей.
- Маммон, чья броня была выкована из звёздной пыли, украденной у Бога.
Люцифер протянул руку, и в ней материализовался меч — тот самый, выкованный в Кузнице Вечности. Лезвие, некогда чёрное с золотыми жилами, теперь пожирало свет вокруг, оставляя за собой шлейф тьмы.
— Он боится нас, — прошипел Асмодей, проводя пальцем по зеркалу. В нём мелькнул Бог, склонившийся над Адамом, лицо Его было искажено скорбью. — Смотрите: Творец слабеет.
— Нет, — Люцифер сжёг зеркало взглядом. — Он боится только правды.
Битва началась.
Первыми ударили архангелы. Михаил возглавил легион, его меч, пылающий белым пламенем, рассекал мятежников, превращая их в пепел. Каждый взмах рождал ураганы, срывающие крылья с падших.
— Предатель! — крикнул Михаил, сталкиваясь с Люцифером. Их клинки скрестились, и от удара разошёлся взрыв, сорвавший с гор вершины.
— Я освобождаю их, — Люцифер оттолкнул его, и в воздухе вспыхнули молнии, чёрные, как его крылья.
— Ты же предпочитаешь слепое послушание!
Небеса превратились в хаос:
- Рафаил пытался исцелять раны, но его чаша переполнялась кровью бывших братьев.
- Гавриил трубил в горн, чей звук разрывал мятежников на части, но их ряды росли — падшие ангелы множились, как тени.
- Уриил наблюдал молча, записывая каждую смерть в Книгу Памяти, страницы которой обугливались при касании.
Люцифер прорвался к Престолу. Бог ждал его, сидя в кресле, сплетённом из корней Древа Жизни. Его руки покоились на рукоятях, словно Он слишком слаб, чтобы подняться.
— Ты проиграл, — Люцифер приставил меч к горлу Бога.
— Твои ангелы сломлены. Отдай мне трон.
Бог поднял глаза. В них не было страха — только бесконечная усталость.
— Ты мог бы стать светом, — прошептал Он.
— Но выбрал быть искрой в костре гордыни.
Люцифер засмеялся, но смех обернулся стоном. Его меч начал крошиться, превращаясь в пыль.
— Что ты сделал?!
— Ты забыл, — Бог встал, и Его тень накрыла небеса.
— Этот меч — часть Меня. А Я не воюю с детьми.
Крылья Люцифера вспыхнули в последний раз, но вместо пламени из них повалил едкий дым. Перья осыпались, обнажая кости, обугленные и кривые.
— Нет! — закричал он, пытаясь взлететь, но небеса отвергли его. Гравитация, которую он когда-то контролировал, потянула вниз.
Михаил подошёл к краю разлома, где Люцифер цеплялся за обломки Сфер.
— Проси прощения, — сказал он, протягивая руку.
— Он простит.
Люцифер посмотрел вниз. Сквозь разрыв виднелась Бездна — место без времени, без света, без надежды.