– Никак нет, командир Аттерес! – улыбнулся во весь рот Широ, скрещивая около груди два пальца. – А можно мне взять несколько булочек, оставшихся с ужи…
Илай не дослушал и двинулся в сторону тренировочного зала.
По пути ему встретилось еще несколько Пылающих, которые интересовались, где можно взять запасные клинки из рондданской стали, когда из Асхая вернется отряд Киры, отправившийся туда на разведку, и через сколько дней к Альянсу присоединится еще одна группа ведьм. Илай стойко отвечал на каждый вопрос, похлопывая Пылающих по плечам, и старался не рухнуть на каменный пол от недосыпа. Да, он падший ангел, но даже падшим ангелам иногда нужен сон.
Илай вошел в куполообразный каменный зал и снял кафтан Альянса, оставшись в одной белой майке и штанах. В одежде ангелов и падших были специальные прорези для крыльев, некоторые же привыкли надевать кофты с завязками на спине, но в любом случае переодевания вызывали у каждого крылатого некоторые сложности.
Он отбросил упавшие на глаза волосы и подошел к столу, на котором лежали ангельские клинки – в идеально ровных линиях, от самого короткого до самого длинного. Каждый повстанец знал, что Илай с ними сделает, если увидит беспорядок в тренировочном зале.
Ему нужно очистить мысли, а единственный способ сделать это – убить кого-нибудь. Либо просто потренироваться.
Но с убийством было бы намного приятнее.
Когда Илай заметил в углу Кирана, он неосознанно оскалился и направился в его сторону. Он говорил себе, что относится к каждому повстанцу одинаково, но эта каштановая шевелюра, всегда мелькавшая где-то поблизости, так и напрашивалась на острие его клинка.
А Илай никогда не отказывал своим людям.
– Существует несколько видов сук, – объясняла Астра, пока они пересекали шумные улицы Эскадона и двигались в сторону крепости Кровавых Клинков. Они с Клэр чуть отстали от остальной группы, и Мортон с интересом слушала ее размышления. – Взять, например, меня, Захру и Леону. Я отношусь к безобидному виду сук, потому что, в отличие от Захры, не причиняю никому вреда. Я могу заткнуть рот любому, кто косо на меня посмотрит, и разрубить их тело пополам. Но по большому счету мне просто нравится говорить то, что я на самом деле думаю.
Астра пригладила короткие волосы, которые блестели на солнце, как настоящее черное золото, и обнажила белоснежные зубы в лукавой улыбке. Они накинули на головы капюшоны, но это не помешало ей бросить многообещающий взгляд на тамплиера, кружившего около пекарни, и заставить его зардеться.
– Видишь? – обратилась она к ошарашенной Клэр. – Все любят такой вид сук.
– А к какому тогда относится Леона? – растерянно спросила Клэр, наблюдая за ангелом, которая слишком уж прижималась к Нэшу и хихикала над его шутками.
Астра победно улыбнулась, когда черты лица Клэр исказились от гнева. За многие десятилетия наблюдений за смертными она стала отлично различать их эмоции.
– Не торопись, Мортон. – Астра пригрозила ей пальцем, и Клэр покорно умолкла, продолжая исподлобья оглядывать город. – Захра Корвелл относится к сукам-психичкам, которые слишком сильно хотят власти и всеобщего признания. Такие женщины опасны, но на эмоциях могут натворить глупостей. А вот она, – Астра указала на хохочущую Леону, – знает о своих недостатках и прекрасно их скрывает. Такие суки жаждут быть в центре внимания: они отлично пользуются своей ангельской красотой, соблазняют и делают вид, что им плевать на весь мир. Но на самом деле глубоко внутри хотят любви и человеческого спокойствия.
– Любви с командиром повстанцев… – услышала Астра бурчание Клэр.
Она громко засмеялась, чем привлекла внимание нескольких рондданцев. Во всех четырех королевствах их знали в лицо, поэтому им запрещалось заговаривать с жителями и подходить к ним слишком близко, но Астре было плевать. Если нужно, она будет выкашивать Эскадон с помощью лука и одной стрелы.
Хотя на таких чудовищ одной стрелы будет маловато.
– Все женщины хоть немножко, но суки, – продолжила Астра, поглядывая на озадаченную Клэр. – Но это неплохо, Мортон. Я готова поклоняться женщинам: они настолько сильны духом, что запирают чувства на замок, когда им делают больно, встают каждое утро с кровати и продолжают сражаться. Даже Захра Корвелл заслуживает капли уважения, хотя она та еще стерва, разграбившая свое королевство. Мы не знаем, чему ее учили, кто привел ее в Сенат и что она пережила. Но если бы она выбрала другую сторону, я бы даже подумала над тем, чтобы подружиться с ней.