Астра всхлипывала и мотала головой из стороны в сторону.
– Скажи мне, принцесса. Пожалуйста, ответь, – бормотал Аарон, поглаживая ее окровавленную щеку.
– Ноги… – выдавила она из себя. – Ноги… сломаны.
– Где они могут быть? – спросил Нэш у Киры, когда они отделились от Илая и Эстеллы.
– Куда бы ты спрятался, – начала Роуэн, быстро пролетая пустой коридор тридцатого этажа, – если бы на тебя напали?
Они остановились в конце прохода, переводя дыхание после длительного полета.
– Верхние этажи отряды проверили – там никого нет. На нижних тоже. Значит, Сенат скрывается либо в середине, либо… в тайных проходах? Эстелла говорила, что правители знают о них.
– О них знает Ариадна, – покачала головой Кира, потуже затягивая экипировку, и в упор посмотрела на Нэша. – Мне кажется, она преследует свои цели. Давай, Коффман, где бы ты спрятался?
– На самом видном месте, – пожал он плечами.
Кира негодующе вскинула руки.
– Все видные места мы осмотрели! Где еще?
– Чего ты на меня так давишь, женщина? – возмутился Нэш, отворачиваясь к окну. – Ладно, давай заново. Если бы мне нужно было оборонять замок или охранять что-то важное…
В этот момент над его головой буквально зажглась лампочка.
Их взгляды встретились.
– Корона, – выдохнули они одновременно и, расправив крылья, сорвались с места.
Глава 14
Мы спасем человеческое в человеке
Аарону было страшно.
После падения с Небес он редко ощущал настолько яркие, всепоглощающие эмоции – если такое и происходило, то чаще всего рядом с Астрой. Он чувствовал раздражение, когда она действовала ему на нервы. Чувствовал гнев, когда заигрывала с половиной Альянса. Чувствовал желание, когда в отвращении кривилась, а затем подолгу смотрела на его губы. Да чего скрывать, он сам не мог отвести от нее голодного взгляда.
За свои двести семьдесят лет Аарон почувствовал страх лишь однажды. Когда увидел мертвое тело Астры на Черной Пустоши. И сейчас он почувствовал его во второй раз, потому что она не могла встать на ноги.
– Я не могу пошевелить… Аарон, я не понимаю…
– Принцесса, скажи мне, – начал он, пытаясь сохранять спокойствие, не замечать звона стали и предсмертных криков, – тебе травмировали позвоночник?
К ним подбежали Клэр, Леона и Даниэль и стали защищать их от наступающих ангелов. Площадь редела, земля была усыпана все большим количеством тел – к павшим ангелам Небесной армии и Альянсу прибавились тела смертных. Смертных, которых никто не заставлял сражаться. Смертных, которые сами приговорили себя к смерти.
– Нет, – всхлипнула Астра. По ее щекам текли слезы, а сердце Аарона разрывалось от боли, скручивалось в узел и истекало кровью. – Только ноги сломали. Они… они бросили меня на шпиль башни… и потом…
Аарон чувствовал, как гнев растекается по всему телу. Но он сразу же обуздал его, концентрируя внимание на дрожащей в его руках девушке. Астра бессвязно что-то бормотала, пытаясь пошевелить ногами. Он видел, что она начинает терять сознание.
– Обхвати меня за шею, принцесса.
– Зачем? – испуганно прошептала она, упираясь ладонями в его плечи и пытаясь остановить.
– Я отнесу тебя в замок.
– Нет, подожди, мне нужно сражаться! Илай… Где Илай?
– Тебе нужно оказать первую помощь, – тверже произнес Аарон и бережно поднял ее на руки, кивнув оглянувшейся на них Клэр. – Илай в порядке. Он внутри замка с Эстеллой. Если Нэш и Кира найдут Сенат, сражение закончится. Большая часть Небесной армии повержена, а легион Микаэля еще не вернулся.
Астра оглянулась по сторонам, медленно моргая, и выдохнула:
– Вторая линия оцепляет замок…
– Мы почти выиграли, принцесса. Поэтому расслабься и доверься мне хоть на минуту.
Астра хотела запротестовать, но, встретившись с его упрямым взглядом, сокрушенно кивнула. Ее окровавленные ноги неподвижно свисали с рук Аарона, и она, видимо, все еще находилась в шоковом состоянии. Но когда шок пройдет, Астра будет чувствовать такую боль, словно ей переломали все кости. Что было недалеко от правды, потому что Аарон видел, как она летела с огромной высоты, пытаясь поймать равновесие.
Если бы он не оказался рядом, она бы разбилась.
– Главное, не закрывай глаза.
Аарон влетел в разбитое окно, после чего бросил на нее беглый взгляд. Ее ресницы трепетали, грудь тяжело вздымалась, а веки так и хотели опуститься.
– Держи глаза открытыми, принцесса. Смотри на меня!
Он видел открытые переломы и лоскуты свисающей кожи, видел каждый окровавленный сантиметр и мечтал поменяться с ней местами: пусть лучше Аарона так переломают, чем его храбрую и впервые настолько беззащитную девочку.