— Как бы то ни было, но контракт между мальчиком и Кубком огня заключен. И этот магический договор нарушать нельзя.
Гарри горько покосился на него — мерзкий, лживый старик, знаю я, опять ты пытаешься меня во что-то втравить, как на всех прошлых курсах, начиная с первого… Тут вмешался Грюм, донеся до всех главную мысль — кто-то пытается убить Поттера, для чего и подбросил в Кубок его имя. Снова начался спор, все принялись судить и рядить, что, да как, да почему. Но эти споры-дебаты ни к чему не привели, всё предрешено с самого начала, а именно: Гарри Поттер — четвертый чемпион.
После чего мистер Крауч провел инструктаж:
— Первый тур проверит вашу смекалку. Мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в неожиданных обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвертого ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую-то помощь. Единственное оружие чемпиона — волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго. Учитывая затраты сил и времени для подготовки к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов.
Договорив, он замолчал. Дамблдор кивнул и предложил расходиться. Что ж, на этом всё закончилось в этот странный вечер, все переглянулись, вздохнули и разошлись. Ушли директора и учредители, с ними Флер и Виктор. Последним вышел Снейп, бросив на Гарри подбадривающий взгляд. Сзади подошел Седрик и положил руку на плечо Гарри, наклонившись к уху, негромко сказал:
— Пошли к нашим… ты, главное, держись.
Гарри заглянул в серые сочувствующие глаза Седрика и благодарно улыбнулся, не в силах говорить — в горле застрял тугой ком. Маленькую комнатку с камином они покинули вместе. Зал уже опустел, и они разделились, отправившись каждый к своему факультету. Гарри понуро брел по пустым коридорам, спускался-поднимался по мраморным лестницам, а в его голове хаотично метались мысли.
Неужели никто, кроме Гермионы и Рона, не поверит ему? Неужели все считают, что он сам опустил в Кубок пергамент? Как это можно! Соперники на три года старше, они уже почти совсем маги. Турниры очень опасны и проводятся перед сотнями зрителей. Он даже не думал об этом, зачем? Он всего лишь хотел спокойно поучиться, походить на соревнования, поболеть, как зритель, за своего чемпиона и всерьез никогда не представлял себя участником… Зато кто-то другой даже очень представлял. Вот и постарался. Зачем? Чтобы доставить ему удовольствие? Какое же тут удовольствие… Потешиться, выставить его дураком? Возможно… Но чтобы убить? Очередная навязчивая идея Грюма? Или чья-то злая шутка? А вдруг и вправду кто-то хочет его убить? Кто же это? Долго думать не надо. Есть человек, который этого хочет. Давно хочет, с тех пор, как ему минул год. Лорд Волан-де-Морт… Но как он мог бросить его имя в Кубок огня? Он ведь сейчас далеко, прячется в неведомых краях, один, слабый, немощный…
В гостиной на Гарри набросились с ликованиями и вопросами, еле отбившись от восторженных поклонников, с горящими, зацелованными Алисией, щеками Гарри влетел в спальню и наткнулся на стену презрения рыжего Рона.
— Подбросил свое имя, да? — злобно выплюнул он. — Прокрался к Кубку под мантией-невидимкой, да? А меня, значит, не надо?..
— Ты чего, Рон? — Гарри вжался в дверь.
— Я тебя видел! Ушел ещё затемно, втихую, как распоследний тать! — продолжал злобствовать Рон, брызгая слюной. — Всё-то тебе славы мало, нет, чтоб меня с собой позвать!..
— Куда?! — взвился Гарри. — Я к лошадям ходил! Рон, ты идиот?
Вместо ответа Рон прожег его ненавидящим взглядом и задернул полог своей кровати, отгораживаясь от Гарри. Долго потом стоял Гарри, тупо моргая на занавеску, за которой спрятался бывший друг, уличивший Гарри в высокомерии, в предательстве и выставивший его мелочным охотником до дешевой славы…
Глава 4. Лавина сходит тихо, потому что горы высоки...
Дальнейшие дни Гарри Поттера прошли в сплошном тумане. Где бы он ни появлялся, наступала тишина, все замолкали при его приближении, поворачивались и смотрели на него: кто с любопытством, кто с осуждением, мол, как ты мог украсть славу у Седрика?
Но не гриффиндорцы, те, напротив, сияли при его появлении, чествовали, хвалили и гордились им — самый молодой чемпион, самый молодой ловец и просто знаменитый герой-со-шрамом.