***
Очнувшись, Гарри прежде всего прислушался к своим ощущениям: ну… вроде жив, нос вбирает кислород, наполняются воздухом легкие. Под ним что-то очень твердое и шершавое, похоже на камень… А, ну да, взорвалось же что-то, а его взрывной волной опрокинуло и оглушило. Вспомнив это, Гарри открыл глаза и приподнялся на локтях. Посмотрел вокруг, подумал и улегся обратно, крепко зажмурившись, ибо неподалеку находились драконы, числом ровно семь. Почему семь и как можно так быстро сосчитать? А потому что у радуги семь цветов, вот почему. И рыжий, фиолетовый, желтый и красный драконы с прочими зелеными-синими как-то сами собой досчитываются до семи.*
Лежит Гарри, слушает тишину, думает о Седрике и поджидает-гадает, что же с ним драконы будут делать? А тишина вокруг… благодатная, можно сказать: птички свистят-пищат, ветерок по гравию шуршит, песчинки перекатывает, водопадик где-то капает-струится. Дышат драконы — негромко и мерно, как гигантские кузнечные мехи. И картинка в голову Гарри лезет — какие-то гладкие у них головы, у этих драконов, коих он за секунду рассмотреть успел.
Ну, есть его они, кажется, не собираются. Гарри решил рискнуть — открыл глаза и снова посмотрел на них. И правда, их семь, как и цветов радужного спектра, а головы у них благородные: узкие, длинные, клиновидные. Приподнялся Гарри, сел, колени подтянул, их руками обнял, робко осмотрелся в поисках Седрика. И увидел его аккурат позади себя: лежит, раскинув руки, и так же, как и Гарри давеча, без сознания. С опаской посмотрев на драконов, Гарри заелозил попой, передвигаясь поближе к Седрику. Доелозил, осторожно потормошил. Седрик замычал, приходя в себя, открыл прекрасные серые глаза, посмотрел на Гарри, потом с кряхтением сел. Увидел драконов. Протянул руку, ухватил Гарри и за свою спину задвинул — поступок, много о чем говорящий…
Сидящий с краю желтый дракон повернул к ним голову и негромко сказал:
— Не бойтесь, дети. Вас никто здесь не собирается обижать.
Седрик честно онемел, а Гарри, не имеющий ровно никакого понятия о волшебном мире, высунулся из-за Седрика и наивно спросил:
— Вы умеете говорить? А почему же вас тогда так все боятся?
Ему ответил синий дракон:
— Маги боятся неразумных дикарей, тех, кто позабыл себя и утратил волю. Сегодня к нам вернулись наши дочери, освобожденные магией имени, то есть вами, молодые люди, — при этом дракон наклонил голову в благодарном поклоне и продолжил: — И с ними две чудесные кладки, из которых в долине Радуги родятся свободные малыши.
— А где они? — поинтересовался Гарри.
— У наших жен, учатся разговаривать.
Гарри обдумал ответ и снова спросил:
— У Хагрида три года назад был дракон по кличке Норберт. Почему же он не стал умным?
— Мы знаем эту историю, — задумчиво закивал голубой дракон. — Та малышка родилась в неволе и была тут же напоена алкогольным питьем с кровью для полного озлобления. Имя Норберт для неё пустой звук. Как и Хагрид — «мамочка».
— Вы же, молодые люди, дали имя взрослому дракону безо всякой корысти для себя, — взял слово оранжевый зверь. — Всего лишь для того, чтобы обезопаситься, тем самым вы, сами того не зная, даровали свободу двум нашим дочерям. Благодаря именам они вспомнили утраченную волю, а к их крыльям вернулись краски Радуги. Потому что на самом деле мало кому взбредет в голову давать имя взрослому дракону, именно так маги древности поработили наших предков.
Гарри припомнил сказки о драконах: почти все они имели то или иное имя — Нидхёгг, Ороти, Хицанлун, Анкалагон, Фалькорр и многие другие… Вздохнул. Ладно, а дальше-то что? Оглянулся: широкое плато среди гор, языком выдающееся от скал, вокруг, насколько хватало кругозора — бескрайняя речная долина, окруженная всё теми же горами. Синими от расстояния. Пришлось задать ещё один вопрос:
— Простите, а в какой стороне наш дом?
— Здесь, — последовал лаконичный ответ.
— П-почему? — пискнул Гарри и поморщился — это его голос такой тонкий?
— Так решили ваши матери, — последовал ещё один ответ.
— Кто? — это у Седрика наконец-то прорезался голос.
Оранжевый дракон терпеливо повторил:
— Ваши матери, которые принесли вас сюда — Дымка и Леди Райн.
Кажется, в сказках драконы воровали только принцесс?.. А драконицы, стало быть, крадут принцев. Гарри и Седрик обменялись горестными взглядами и обреченно обнялись, крепко прижавшись друг к дружке.
Глава 6. Пленники Радужной долины
Сначала представление шло как надо, по сценарию и всем правилам: из палатки вылетел первый чемпион — Виктор Крам. Сходу зафигачил в морду дракону Конъюктивитусом, отчего бедняга взвился штопором, воя, как военный аэродром по сигналу «Боевая тревога!», и в пляске боли давя свою же кладку. Почуяв же запах подавленных яиц, дракониха окончательно слетела с тормозов и начала поливать огнем всё вокруг себя… Витенька укрылся от огня за соседней горушкой и спокойно переждал драконий психоз. Когда огненный запал иссяк и осиротевшая мамаша горько зарыдала над погибшими яичками, Витя выбрался из укрытия, хладнокровно подошел и, применяя чары хлыста, отжал изнемогшую от горя дракониху в сторонку, забрал золотое яйцо и покинул арену под восторженные вопли Бэгмена.