Запомнив накрепко, что Гарри не выносит жалости и издевательств, Северус вежливо попросил его занять место в коневозе, после чего сел за руль и повез коня в Каир, чтобы там, в гринготтском отделении банка, получить переносной портал для перемещения крупных животных, в частности, вот этого вороного, очень ехидного и весьма вредного коня.
Глава 9. Кавалерийская рапсодия
До Каира добрались без особых приключений, если не считать нескольких неловких интимных моментов, когда Северусу приходилось брать в руки лопатку и, простите, выгребать из недр кузова конские какашки… Делал это он с непроницаемым выражением лица, Гарри при этом тактично отворачивался, делая вид, что не в курсе, чем там профессор сзади занимается. В эти минуты Гарри слегка досадовал на подлую лошадиную физиологию, потому что лошади, оказывается, всё равно, где опорожнять кишечник: на ходу, стоя или во сне, она может покакать там, где ей приспичит.
Покончив с гигиеной, вымыв руки и вернувшись за руль, Северус хотел самому себе дать тумака, и покрепче, потому что это невыносимо — смотреть на Поттера и знать, что он навсегда застрял в лошадиной шкуре.
В Каире их встретили и сказали, что портал до Англии установлен в Мемфисе, в двадцати шести километрах, в одном из Некрополей Гизы. Сейчас там никого нет, никто не проводит никаких раскопок в том районе. Также сообщили время открытия портала. Узнав, что у них как минимум сутки, Северус расслабился и решил посвятить это время на приведение себя и Гарри в порядок. Побрился, искупался, вымыл коня с шампунем, кинул монетку босоногим пацанам, чтобы те причесали Гарри хвост и гриву…
Шустренькие черноглазые смуглые арапчата с готовностью взялись за дело и, пока Северус наслаждался в местном кафе бешбармаком с натуральным кофе-арабикой, успели и причесать Гарри, и копытца его напомадить маслами, и благовониями опрыскать, и, хитренько перемигнувшись, послать тайные сигналы сообщникам, отирающихся у того самого кафе.
Так что по дороге в Мемфис их поджидала весьма дружественная засада местных банд-басмачей, тех самых, что по пустыням шарят, говоря словами известной песенки товарища Сухова-Петрухи.
Сначала остановили машину, прострелив колеса. Потом явили себя, показавшись во всей своей красе на горизонте: зловещие черные фигуры на высоких свирепых аргамаках и мотоциклах. Северус, покинув кабину, прячась за бортом коневоза, прошел к двери и, открыв её, выпустил Гарри. Отрывисто бросил ему:
— Поттер, бегите к гробнице Сенусерта III, за ним находится портал, он должен открыться через четверть часа. Бегите. Я уже не успею, но вы ещё можете добежать.
Гарри сложил морщинки на лбу в ромбик, вопрошая: а как же вы, профессор? Северус отмахнулся и вынул палочку.
— За меня не беспокойтесь, Поттер, я отобьюсь и уж как-нибудь сумею добраться до дома. Вы лучше о себе позаботьтесь.
Высунулся из-за машины посмотреть — где кто. А в следующий миг меткая ружейная пуля прострелила его чудесную эбеновую волшебную палочку ровно напополам. Издалека её вполне можно принять за наган. Гарри внимательно посмотрел на обломок палочки в руке оцепеневшего от горя профессора, легонечко толкнул его в плечо и прогнулся в низком кранче, подставляя спину. Отбросив в сторону бесполезный обломок, Северус без раздумий принял помощь — вскочил на спину коня.
И началась эпичная байга, не уступающая знаменитым скачкам в пустыне. Гарри не поскакал — полетел, взяв с места в карьер. Растянувшись широким веером, за ним помчались басмачи на быстрых арабиано и мотиках. Стреляли пока в воздух, твердо зная, что добыче от них никуда не деться — впереди всего лишь пустые развалины старого Некрополя, а раз так, то почему бы и не побегать, поразвлечься, заодно и противника оценим. На что он способен, что он покажет?
А Гарри показал свою настоящую скорость, развив её на короткой дистанции аж до семидесяти пяти километров в час. Завидная, золотая, бесценная скорость, на которой можно здорово нагреть руки. Да это не конь, это самородок, ограненный алмаз чистейшей воды! Окружай! Не дайте ему уйти, вай дод, какой конь, какой конь! Вах-вах… Ружья и наганы были срочно забыты в чехлах, чтоб — не допусти Аллах! — не поцарапать волшебного скакуна, вай ме, чтоб ни единый волосок с него не слетел, как он скачет, вай ме!..
Гарри не дал себя окружить, верно и прочно держа дистанцию между собой и врагами. Пролетая километры за минуты, он домчал Северуса до пирамид, на скаку проржал: