Северус посмотрел на Гарри и хмыкнул:
— В таком случае пригласите сюда колдомедика из Мунго, директор, поправьте это дело, раз вы так уверены.
Директор так и сделал. После завтрака все стали свидетелями ещё одного циркового представления. Этот номер выглядел вот так.
Опустели блюда. С легким шорохом раскрылись дубовые двери Большого зала, в них стремительным шагом вошел главный колдомедик Мунго — Гиппократ Сметвик, за ним по воздуху пролетел медицинский саквояж и мелко просеменил его вечный помощник — Янус Тики.
— Ну, Дамблдор, где пациент? — бодро крикнул Сметвик.
Дамблдор показал рукой на вороного жеребца.
— Вот пациент.
— И что случилось, а? — забасил Сметвик, обходя коня по кругу. — Застрял в аниформе? Выпил неправильное Оборотное зелье с лошадиным волосом? Принудительно обратили в животное?
Перечислив ещё десятка с два предполагаемых диагнозов и не получив ни одного утвердительного ответа, Сметвик приступил к более подробному осмотру, тихо бормоча по ходу дела:
— Так… трехлетний жеребец, порода… ну, допустим, рысак какой-нибудь… полукровный. Универсален, годен как в упряжку, так и под седло… Дамблдор, а я не понял, вы меня зачем позвали? Я думал, человека спасать надо, а вы мне простого коня под нос суете, я, конечно, не ветеринар, но сказать могу, этот конь здоров как конь, простите за каламбур…
— Нет-нет, Гиппи, проверьте ещё раз, — залебезил старик, тряся по-козлиному длинной бородой. — Я точно знаю, что это студент, что он, возможно, впал в анимагическую кому.
— Где и в каком месте он студент? — набычился Гиппократ. — Говорю вам, ему три года! Анимаг в коме остается при своих годах, и неважно, сколько лет ему исполнилось — семнадцать или сорок, у его животного останутся все возрастные приметы. Сколько лет этому вашему студенту?
— Четырнадцать, — нехотя сообщил Дамлбдор.
— То есть подросток? — уточнил Сметвик, прищуриваясь. — В таком случае здесь должен находиться жеребенок-стригун, равный по возрасту четырнадцатилетнему ребёнку. А я вижу здесь молодого коня, половозрелого, готового к спариванию с кобылами. Извините, дети.
Дамблдор явно хотел что-то возразить, но вовремя прикусил язык, покосившись на учеников. Колдомедики ушли, а директор — к коню, встал перед ним и, заглядывая ему в глаза, жалобно взмолился:
— Ты же Гарри, верно? Мальчик мой, кивни мне, если ты меня узнаешь…
Глаза Гарри загорелись недобрым зеленым огнем, он медленно, крадучись, приблизил к его лицу морду и со всей дурью вцепился в бороду, оттянул назад и давай трепать, как мочалку. Когда орущего дедушку отодрали от коня, от роскошной бороды у него остался лишь жиденький клочок, и тот рваный… Вопросительно посмотрели на Северуса, но тот равнодушно развел руками:
— Я ничего не знаю! И гадать не берусь, что происходит в голове у скотины. Одно скажу наверняка: мистер Поттер — очень вредный конь.
Сказав это, Северус ушел, а к Гарри подошли Гермиона и Невилл. Растерянно постояли возле него, не зная, как и о чем заговаривать с бессловесным животным, но от стола Пуффендуя к ним обратился Седрик:
— Всё в порядке, ребята, Гарри прежний, он просто выглядит по-другому. Верно, друг?
В ответ Гарри добродушно покивал, обрадовав друзей. От стола Слизерина вдруг поднялся Грехэм Монтегю и громко сообщил залу:
— Слушайте… а чемпионов-то трое! Как и положено правилами. Поттер-то не сможет участвовать в соревнованиях, потому как животным стал, а животным в турнире запрещено принимать участие!
— Зато чемпиону не запрещено иметь оруженосца! — твердо возразил Седрик, подходя к Гарри и кладя руку ему на холку. — Мы по-прежнему в команде и на следующие туры снова выйдем вместе!
Гарри благодарно пихнул Седрика мордой, тот тихо засмеялся. Шепнул на ухо:
— Драконы оставили нам наши золотые яйца, надо разгадать их секрет. Пойдем?
Гарри радостно кивнул, Гермиона просияла и попросила Невилла сходить в спальню мальчиков и принести с тумбочки яйцо Гарри.
Собрались в большой комнате клуба любителей мифических существ: достаточно большое пространство, заставленное креслами и диванами полукругом перед камином. Гарри улегся на толстый пушистый ковер, все желающие собрались вокруг. Седрик положил перед Гарри на пол яйцо и сказал:
— Понимаешь, оно очень громко воет, если его открыть. Не могу понять, что означает этот вой… Послушаешь? Готов? — дождавшись кивка, Седрик открыл яйцо. И тут же отпрянул назад под оглушительный заунывный вой. Гарри честно послушал, внимательно разглядывая пузырьки, плавающие в глубине полупрозрачной желтой сферы. Пузырьки… в воздухе они, скорей всего, полопаются, а в воде должны забулькать… Гарри оттолкнулся передними ногами от пола, сел на крупе и обвел взглядом гостиную, нашел и кивнул на графин с водой.