Я сидела в зоне вылета в кресле у огромного окна. Прихлёбывая кофе из стакана с крышкой, я наблюдала, как выруливают на взлётные полосы самолёты, уже готовые разлететься по всему свету. Скоро и моя очередь. Вот-вот объявят посадку, и всего через несколько часов я буду в Москве. Надо бы перевести часы на смартфоне обратно на Московское время, чтобы потом не забыть. Поставив стакан на соседнее кресло, я достала телефон из сумки, как вдруг…
- Успел! – раздался рядом облегчённый возглас, за которым последовало креслотрясение в результате того, что “успевший” обладатель звучного бодрого голоса с размаху плюхнулся через одно сиденье от меня.
Я, конечно, удержалась, а вот стакану с кофе повезло меньше. Подпрыгнув, он спикировал на пол, расплескав остатки ароматного напитка. Я тут же наклонилась за стаканом, чтобы избежать растекания лужи. Да там почти половина оставалась!
- Вот я, медведь неуклюжий. Простите, ради Бога! – услышала я прямо над ухом, и крепкая мужская ладонь схватилась за стакан одновременно со мной.
Я подняла глаза. Из-под густых чёрных бровей на меня смотрели два глубоких озера в обрамлении длинных пышных ресниц. Вот это роскошь, да тут любая девушка позавидует!
- Ничего страшного, - отчего-то смутившись, сказала я, поднимаясь.
Незнакомец тоже поднялся, не отпуская стакан. Несколько секунд мы так и стояли, оба продолжая держаться за этот несчастный кусок пластика, и глядя друг на друга. Назвав себя медведем, он не сильно погрешил против истины. И, правда, чем-то напоминает. Высокий, широкоплечий, этакий добрый мóлодец с трёхдневной щетиной.
- Теперь я просто обязан угостить Вас кофе. Какой у Вас там был? – кивком головы указал он на стакан. – Я принесу.
- На это уже нет времени, сейчас начнётся посадка, - ответила я и взяла в руки сумку, как бы намекая, что реально тороплюсь.
И, действительно, почти в ту же секунду прозвучало объявление о начале посадки на мой рейс. Пассажиры начали лихорадочно собирать свои пожитки, хватать подмышку детей, спеша занять очередь к стойке. Я тоже поспешила туда. Нет, вовсе не потому, что я стремлюсь, как большинство пассажиров, непременно ворваться в самолёт первой, словно в конце стометровки меня ожидает золотая медаль. Просто мне хотелось спрятаться в толпе от очередной мужской попытки навязать своё общество, воспользовавшись сложившейся ситуацией. Я даже специально не оглядывалась, чтобы он, чего доброго, не решил, что я заинтересована.
Оказавшись в салоне самолёта и, протиснувшись между сиденьями и, создающими затор в проходе пассажирами, я добралась до своего места. Жаль, что с краю. Я с тоскою посмотрела на вожделенное место у иллюминатора. Кому-то повезло. Осталось только дождаться этого счастливчика или счастливицу, и можно спокойно заняться своим обычным во время полёта делом. Спать.
- Вот теперь Вы скажете, что я Вас преследую, - бодро прозвучал уже знакомый голос, и высокая фигура выросла рядом с моим креслом. – Я не виноват, честно. Но так уж получилось, что это моё место. У меня и доказательство есть.
И мне был предъявлен посадочный талон, на котором чёрным по белому значился номер соседнего сиденья. Вот он, счастливчик, явился.
- Надо же, не повезло, досталось место у иллюминатора, - услышала я, поднявшись для того, чтобы пропустить своего соседа. – Может быть, займёте моё место, если Вы не против, а я сяду на Ваше. С моими габаритами, реально, удобней сидеть с краю.
Вот это сюрприз! Я удивлённо посмотрела на него. Шутит он что ли? Да разве можно добровольно отказаться от такой удачи? Нет, похоже, не шутит.
- Ладно, - сделала я вид, что нехотя соглашаюсь, на самом деле, в мыслях радостно потирая ладошки. Отлично! Теперь во время посадки я смогу…
- Можно будет во время посадки сделать фото, - как бы, между прочим, бросил мой попутчик.
Я изумлённо уставилась на него. Да как он узнал-то? Мысли он, что ли мои читает? Такая проницательность незнакомца заставила меня поглядеть на него повнимательнее. А он, словно почувствовав мой пристальный взгляд, перестал возиться с ремнями и поднял на меня глаза.