— А что ты знаешь про добро и зло, Виктор? Мне кажется, твои понятия добра и зла слишком шаблонные.
— А твои вообще никуда не годятся! Ты, мне кажется, путаешь добро со злом.
— Нет, Виктор, дьявол — это ты. Посмотри на ситуацию правильно. Я просто беру то, что мне нужно от людей. При этом я беру ответственность за свои действия на себя — верно, Тандер? Или считаешь, что это не так?
— Допустим, — согласился Виктор.
— А теперь смотри, что делаешь ты. Ты — настоящий демон-искуситель. Ты помогаешь людям, а потом говоришь о своих чувствах, тем самым побуждая их пойти за тобой. Но ты понимаешь, что в таком случае ответственность ложится на их плечи. Вы, чернокрылые, все такие хитрые — спрашиваете разрешения укусить, а по факту просто перекладываете ответственность на чужие, порой очень хрупкие плечи.
— Но я это делаю потому, что нам нужны настоящие вампиры, а не упыри. Вампиры должны быть самостоятельными и сильными духом, свободными от чужой власти. А ты плодишь безвольных упырей, которые тебе подчиняются, но стоит тебе на них забить — погибают. А мы создали мир, в котором вампиры достойно живут бок о бок с людьми. Мир, в котором царит гармония.
— В вашем мире живут немощные вампиры, которые пьют напиток из крови, которую взяли у наркоманов при очистке организма от опиатов, разбавили физраствором, почистили, добавили вкусовые добавки и упаковали в пакетики для детского сока. Вы пьете эту дрянь, чтобы не сдохнуть. Но разве таков удел вампиров? Мы сотни лет держали в страхе весь мир задолго до появления всех этих супертехнологий, которые позволили сделать вашу жизнь такой скучной!
— Ты неправ, Рино! Мы отлично живем. Уходи, мы будем сражаться с тобой как положено!
— Я не уйду, Тандер, только через твой труп! — рассмеялся Рино и резко вытянул руку к профессору, чтобы ухватить его за пиджак.
Тандер увернулся, тогда руки стали тянуться из всех зеркал сразу. Тандер уворачивался ловко, проворно, а зеркальные поверхности отражали ликующего Рино. Он словно играл с Тандером, прежде чем его уничтожить.
Внезапно сверху упала кувалда. Тандер увернулся от очередного выпада Рино и схватил ее. Он начал разбивать зеркала одно за другим. Острые, как бритва, осколки разлетались в разные стороны. На них была кровь, неясно, профессора или Рино. Тандер разбил почти все грани октагона. Рино яростно пытался схватить его, чтобы затащить в зазеркалье и самому выйти наружу. Когда осталось лишь одно зеркало, профессор остановился и отошел, с хрустом наступая на битое стекло. Израненный Рино кое-как выполз из зазеркалья. Он был изможден, не мог продолжать бой. Виктор тоже истекал кровью. Молодой вампир резко расправил серые крылья, прыгнул и, медленно раскачиваясь, полетел вверх. Он неуверенно поднялся к выходу из колодца и растворился в вечерних сумерках, которые опустились на город.
Тандер упал на колени. Он был весь грязный, в крови, его волосы взмокли, тело трясло. Повсюду лежали осколки вдребезги разбитых зеркал. Но сепарация прошла успешно. Виктор посмотрел в оставшееся зеркало и увидел самое главное — себя. Теперь все решения, которые он будет принимать, будут продиктованы исключительно чистым от внутренних демонов разумом. Это была победа! Тандер поставил кувалду на грязный каменный пол и упал. Снежинки медленно падали на окровавленный пиджак и растрепанные волосы мужчины.
***
Этот вечер прошел в городе относительно спокойно. Марта смогла выспаться. Рино и Вадик всю ночь зализывали свои раны. А Тандера изолировали.
Изоляция подразумевала обязательно пребывание в горах все время, которое обозначил совет. Виктору предстояло поправить здоровье, подумать над своими ошибками и найти решение проблемы с серокрылыми, которых становилось все больше и больше. Этой ночью они атаковали завод по производству пакетированной крови, повредили конвейер и распугали работников.
— Будем считать, что обошлось, — сказал Алекс, когда осматривал повреждения. — Я думаю, в течение месяца восстановим производство. Но Виктор должен найти средство. Отправьте к нему Рейнджера — пусть поможет профессору в борьбе с его тараканами.
— Хорошо, — ответила Анна. — Рейнджер отправится к нему на рассвете. Думаешь, за день он успеет восстановиться?
— А у нас нет больше времени. Пусть делает, как хочет. Я не могу ждать, пока серокрылые разнесут все, что мы строили годами.
— Абсолютно согласна с тобой, Алекс, — сказала с улыбкой Анна и встала из-за стола. Она вышла обратно в магазин и улыбнулась продавцу: — Пока, «тридцатилетний алкоголик».