- Я…
Медведь бросился к ней, обнял, он не понимал причин трагедии, но испугался за нее – лишь бы все не началось снова… У него не хватит сил еще раз пройти через этот ад… Нет, у него должно этих сил хватить. Он должен думать о ней. Прежде всего о ней. Всегда о ней. У нее сил точно не хватит…
Оказавшись в его руках, Ангел разрыдалась в голос. Она стиснула пальцами его плечи, но тут же оттолкнула его, вырвалась и убежала в спальню.
Медведь слышал, как захлопнулась дверь.
Нет, только не сначала…
И тут он понял.
На столе перед ним лежал раскрытый журнал.
Ангел часто таскала его журналы – не читать, а смотреть картинки. Она вообще не любила периодику. Вот и сейчас журнал был раскрыт на главном развороте. На центральной фотографии, сопровождающей основную статью номера.
С глянцевой страницы на Медведя вполоборота смотрела Ангел. Она улыбалась. Ее Крыло было расправлено, протянувшись через обе страницы.
«Завтра люди смогут летать».
Идиотский заголовок.
Медведь ничего не понимал и машинально начал читать статью.
«Недавние опыты, проведенные одним из отечественных ученых, предвещают новую революцию в изучении генетического кода человека. Уникальный объект исследования позволяет прийти к фантастическим – но, тем не менее, абсолютно реалистичным – выводам…», - гласил подзаголовок, предваряющий статью. Написал ее не кто иной, как Халат. Да, вот его цветное фото в конце… Небольшое, но четкое. Достаточное. Узнаваемое. Имя и фамилия. Город.
Медведь так крепко сжал края журнала, что страницы смялись, а сама кипа глянцевых листов едва не разошлась по шву. Все равно. Медведь не обращал на это внимания.
Он не думал. Он ничего не понимал, но пока не искал объяснения.
Медведь был в ступоре. Медведь был в шоке. Медведь замер, словно каменная статуя. Древняя и неподатливая.
Звонок в дверь. Медведь вздрогнул. Из прозрачного пакета выкатился и с гулким стуком упал в раковину персик. Медведь отложил журнал, закрыл его, разгладил, и пошел открывать. Абсолютно механически.
Он не спросил, кто там. Почему-то он это уже знал, поворачивая ключ в замке.
- Ну, привет! Как сегодня поживают мои голубки?
Медведь молча отступил в глубь коридора, пока жизнерадостный Халат просачивался сквозь полуоткрытую дверь и начинал развязывать шнурки на своих черных блестящих туфлях. Очевидно, новых и дорогих туфлях.
Медведь отвернулся и пошел на кухню. Ему был мерзок вид вчерашнего друга. Хотя… друга? А был ли он когда-нибудь другом?
Халат бодро прошагал следом за ним, слегка покачивая своим чемоданчиком на ходу. Легкое, беззаботное движение. Жизнерадостное.
- Ну что ж ты даже чайку мне не предложишь? Какой-то ты сегодня мра…
Халат увидел журнал. Медведь оперся на стол обеими руками, глядя в пространство. Все его мышцы напряглись, словно стая волков перед прыжком.
Журнал мирно лежал на столе, задней обложкой вверх. Анонсом нового номера.
- Ясно… Не думал, что ты его выписываешь.
- Как ты мог…
Шепот Медведя удивительно звонко разлетелся по кухне.
- Да как ты только посмел прийти сюда после того, что сделал!?
- Послушай, мне не нравится твой тон…
- Тон?? Рассказать, что мнене нравится, ты, двуличная мразь!?
- Не кипятись, я уже ухожу. Жаль, что все заканчивается так…
- Как так? А на что ты рассчитывал вообще, когда затевал все это?? Что я никогда ничего не узнаю? Что статья в журнале останется совершенно за кадром? Что ты будешь и дальше продолжать пользоваться Ангелом, пока ее, наконец, не отберут у меня??
- На самом деле, статью обещали опубликовать только через месяц…
- Какая, к черту, разница?! Что это меняет!?
- Ну, я бы успел закончить работу…
- Работу?? Твоей работой было помочьей! Изучить Крыло, чтобы беспрепятственно его удалить, а что же сделал ты?? Ты, который столько рассказывал мне о людях, мечтах, о роликах в интернете, журналистах… Ты, которому я доверял!
Халат был уже в коридоре, спеша к дверям прежде, чем дойдет до рукоприкладства.
- Я ничего тебе не обещал. И я ни от чего не зарекался!
- Сволочь…
Медведь готов был наброситься на врага, пока тот возился с замком, но дверь внезапно распахнулась, Халат вывалился на площадку и на четвереньках кинулся к лестнице.
Дорогие туфли остались в квартире.
- Ничего я тебе не обещал! И абсолютно ни под чем не подписывался! – прокричал Халат, встав на ноги лестничным пролетом ниже.
- Скотина! Я убью тебя! Слышишь, я тебя достану! – Пинком Медведь вышвырнул новые туфли в подъезд. Ничего, напоминающего о Халате, не должно оставаться внутри.
Быстрым шагом он вернулся на кухню. Распахнул окно. Вот-вот этот мерзавец выйдет из подъезда… Что же?.. Выкинуть журнал! Нет, направленно он не полетит, и потом… На глаза Медведю попался персик. Его кроваво-красный бок. Не убьет, но физиономию попачкает… Медведь взвесил в руке объемистый плод и вернулся к окну.
Вон он… Гад задрал одну ногу на скамейку, завязывая шнурки на своих пижонистых туфлях. Еще и полирует их…
Медведь не находил печатных слов, чтобы назвать предателя. И хорошо. Непечатные подходили к нему и к ситуации как нельзя лучше.
Прицел… Халат как раз начал разгибать спину. Но то ли рука Медведя дрогнула, то ли мерзавцу повезло, но сочный фрукт приземлился прямехонько перед ним на скамейку, лишь слегка забрызгав разлетевшейся вокруг мякотью туфлю и правую штанину.
Халат мгновенно поднял голову.
- Ублюдок! – на всю улицу проорал Медведь. Ему было все равно, что все слышат. Какая разница, привлекает он внимание к себе или нет? Какая теперь разница?..
Халат сложил руки рупором и прокричал в ответ:
- Я ни под чем не подписывался! И информацией могу распоряжаться так, как захочу! Неудачник! Я бы на твоем месте не проворонил такой шанс!
- Это не шанс! Она живая, урод! Ей больно!
- Зато Янаконец вырвусь! Мне не улыбается заурядная работа в заурядной больнице и заурядная жизнь до конца моих дней!
- Ах ты!..
Но прежде, чем Медведь нашел новый снаряд, Халат уже бежал к углу дома, где припарковал свою машину. Его было не достать. Никак и ничем.
Медведь был бессилен.
Внезапно вся ярость отхлынула от него единой волной – и как мокрая кожа мерзнет на ветру, так и Медведь ощутил противный холодок – страх.
Ему снова было, чего бояться.
И сейчас – больше, чем когда-либо.
27
Когда Медведь вошел в спальню, Ангел уже не плакала. Слезы не катились по ее щекам, но внутри было отчаянно мерзко… Липко и противно.
Ангел слышала, как Халат и Медведь кричали друг на друга. Как всегда при звуке крика она вся сжалась, словно кричали на нее, словно это она виновата… Отчасти так сейчас оно и было. Все было из-за нее… Но Медведь не злился на нее, он хотел защитить…
Он любил ее – и ему было так же страшно, как и ей. Наверное.
- Ну как ты, родная?
Медведь мягко приобнял ее сзади за плечи. Когда тяжело, в глаза лучше не смотреть. Даже если никто ни в чем не виноват. Так легче.
- Не волнуйся, милая моя, мы справимся. Все не так страшно.
Но Ангел чувствует его пальцы на своих плечах, ощущает, как они слишком сильно давят на ее кожу, буквально впиваются в нее… Ей больно, но она молчит. Ничего не в порядке. Он напуган. Как она может успокоиться, когда он сам настолько выбит из колеи?
- Этот предатель за все мне ответит… Он заплатит нам с тобой, вот увидишь.
Медведь поцеловал ее в щеку.
- Не страшно, мы справимся… Я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю. Тебя не найдут. Я все сделаю… Не бойся… Ты ведь не боишься, Ангел мой?
Он смотрит ей в глаза. Она кивает.
- Нет, не боюсь. Я верю тебе.
- Это хорошо, - теперь Медведь развернул ее лицом к себе и обнял, поглаживая по волосам. – Это хорошо… Верь мне… Мне можно верить… Не то, что этому…