— Лаборатория семь — это вон там, — указывает Элайджа на здание справа от нас.
— Подгони грузовик к черному входу, приятель, — говорит Жук Ацелоту.
Он поворачивает вправо и едет по обсаженной деревьями дороге вокруг задней части здания. На дороге мало движения, но еще рано. Впрочем, я представляю, как лагерь проснется в ближайшее время, и как ученые будут готовиться к встрече новоприбывшим.
Ацелот паркует грузовик близко к черному входу лаборатории семь, таким образом, чтобы мы смогли быстро сбежать. Это не должно возбудить слишком много подозрений, так как я вижу, что и другие транспортные средства, припаркованы возле другой лаборатории дальше вниз по дороге. Мы вылезаем из грузовика и направляемся к черному входу, на котором стоит большая цифра «7», написанная белой краской. Элайджа дергает ручку. Она заперта. Дей указывает на сканер-ключ, установленный на стене рядом с дверью. Я должна была догадаться, что лаборатория будет иметь такую же систему безопасности, как и в офисе регистрации. Зная, что здесь Стражи разрабатывают всякие биологические оружия, похожие на вирус Разъяренных С18, то последнее, чего они хотят, будет распространение вирусов среди основного населения и убийством всех подряд.
— Погоди, — говорит Жук, бегом возвращаясь к грузовику. Он возвращается через минуту, неся ключ. Он забрал его у мертвого охранника. — Я думаю, у него был допуск, поскольку он вез заключенных сюда. — Мы скрещиваем пальцы, когда он проводит карточкой по сканеру, и загорается зеленый. Дверь распахивается. Да! Жук вынимает свой пистолет и входит в здание, проверяя, чтобы путь был свободен, прежде чем остальные попадут внутрь. Эш рядом со мной, рука его ободряюще лежит на моей спине.
Внутри здания все режуще белое, как в больнице Стражей-повстанцев на базе в Галлии. Воспоминание об этом заставляет мои внутренности сжиматься. Интересно, что мои родители делают сейчас. Прошло двадцать четыре часа, они, должно быть, сходят с ума от беспокойства. Они отправили поисковую группу, за нами? Я надеюсь, что нет. Довольно паршиво, что я уговорила Дестени помочь нам, я не хочу втягивать больше Стражей-повстанцев во все это.
— Дерьмо, — бормочет Эш себе под нос. Он указывает на камеры слежения в дальнем конце холла. Они медленно поворачиваются навстречу нам.
— Положись на меня, — говорит Ацелот, подойдя к съемной панели, встроенной в глянцевой, белой стене. Выключатель завинчен. — Элайджа, помоги мне.
Братья, стиснув зубы, отрывают панель от стены, обнажая сеть предохранителей и проводов. Камера постоянно поворачивается. Она почти направлена на нас. Ну, давай, давай! Ацелот тщательно изучает провода, бормочет молитву и дергает синий. Камера в дальнем конце зала замирает. Он издает вздох облегчения и криво улыбается.
— Так и знал, что это те самые, — говорит он неубедительно. — Это должно было вырубить все камеры в этом здании.
— Пошли, — говорю я. — У нас всего, наверное, минуть пять форы, ну может десять, прежде чем они обнаружат, почему камеры вышли из строя и отправятся искать нас.
Мы спокойно идем по пустым коридорам. Я заглядываю через окна в дверях, когда мы проходим мимо. Все комнаты на этом этаже - это высокотехнологичные лаборатории, со сверкающими белыми полами и с мебелью из нержавеющей стали. В одной лаборатории вдоль стены стоит огромный, застекленный холодильник. В нем сотни ампул, наполненных мерцающим, молочным флюидом. Мне эта жидкость напоминает «Золотой Дурман», за исключением того, что она имеет серебристый оттенок, а не золотой. Знаки биологической опасности висят на каждой двери, наряду с уведомлениями, предупреждая людей, чтобы они носили маски «ВСЕ ВРЕМЯ»!
— Давайте поднимемся на один этаж, — говорит Элайджа. — Их здесь нет.
Мы находим лестницу и поднимаемся на второй этаж. Двери во все комнаты здесь очень массивные с небольшим смотровым окошком. Я заглядываю через одно из них. Всю заднюю стену заполняют клетки, забитые белыми мышами. Меня передергивает. Мы продолжаем идти по коридору, я впереди, проверяя каждую комнату, которую мы проходим. Все одно и то же: мыши, крысы, кролики. Как ни странно, одна комната заполнена клетками с деревьями. Я поворачиваю за угол и сразу же замираю.
На меня смотрит испуганная женщина в белом лабораторном халате. Она морщит свой ухоженный лоб, поскольку в коридоре появляются остальные. Ее карие глаза переводят взгляд с меня на Эша. Она узнает его. Нет времени думать. Я поднимаю пистолет и нажимаю на курок. Пуля попадает женщине в грудь. Она смотрит вниз, на красное пятно, расцветающее на ее белом халате, а затем обратно на меня. Ее рот формирует удивленное «О», когда она падает на пол.