Бах-бах-бах.
Пуля врезается в стену над головой Жука. Он даже не дрогнул.
— Сюда! — кричит Гаррик через плечо.
Мы перескакиваем через бесконечные проходы, минуя офисы и общежития. Мы направляемся к знакомому на вид коридору, и я замечаю бункер, который я делил с Натали.
— Стойте, — кричит Натали. — Мне надо кое-что забрать.
Она убегает от меня и вскоре исчезает среди пыли и мусора.
— Натали! — кричу я, и бросаюсь вдогонку, нагибаясь, когда пули со свистом проносятся рядом с моей головой.
Натали выходит из нашей комнаты. Из ее кармана торчит что-то — я предполагаю, что это ее лекарство — и под мышкой у нее стеклянная банка с сердцем Тиоры. Она бежит ко мне, и мы присоединяемся к другим. Гаррик толкает тяжелую дверь, и мы направляемся вниз по стальным ступенькам лестницы по направлению к ангару, перепрыгивая через мертвое тело — это тот солдат-блондин, Слейтер. У него отсутствует затылок. Вокруг нас стены начинают трескаться, потолки скрипеть. Если мы не выберемся отсюда в ближайшее время, то окажемся в ловушке внутри нее, как в склепе.
Бах-бах.
Саша кричит от боли. Она кувыркается вниз по ступенькам с Мартой, ударяясь при приземлении о стену. Моя голова поворачивается вверх, в сторону источника выстрелов. На лестничной площадке над нами стоит Страж-гвардеец. Генерал Бьюкенен поднимает пистолет и нажимает курок, когда мужчина стреляет в него. Гвардеец ударяется об стену, его кровь разбрызгивается по всей поверхности. Я закрываю нос и рот, пытаясь заглушить манящий запах.
Натали впихивает стеклянную банку в руки Дей и бежит вниз по ступенькам с Гарриком в сторону Саши и Марты, которые распластались на лестничной площадке этажом ниже. Гаррик проверяет пульс Саши, хотя очевидно, по ее неестественному положению головы, что шея сломана. Натали переворачивает Марту на спину. Аккуратный круг крови на груди женщины там, где пуля пронзила ее сердце.
Я хватаю Натали вокруг талии и поднимаю ее на ноги.
— Я не могу оставить ее! — рыдает она.
— Она мертва! — говорю я и тяну, пинающую и кричащую на всю лестницу, Натали. Я не отпускаю ее, пока мы не достигаем ангара.
Хаос. Тела разбросаны по полу, а их кровь разливается вокруг наших ног. Большинство Транспортеров в огне. Когда Стражи-гвардейцы замечают нас, на нас обрушивается шквал выстрелов. Роуч и генерал Бьюкенен снимают их с помощью полуавтоматов.
— Этот! — говорит Гаррик, указывая в сторону Транспортера, стоящего близко к выходу. Это один из немногих самолетов, которые пока не горят.
Мы перебегаем ангар.
Бах-бах-бах.
Гаррик хрипит и спотыкается, чуть не падая. Он хватается за живот. Кровь брызжет между пальцами. Я разворачиваюсь. Себастьян стоит в диспетчерской в конце ангара.
— Я знал, что вы придете сюда! — кричит Себастьян и направляет свое оружие на нас.
— Себастьян, сынок, пожалуйста, не надо! Подумай, что ты делаешь! — говорит доктор Крейвен.
Серебряные глаза Себастьяна сужаются. Рычание срывается с его губ.
— Я знаю, что я делаю. Очищаю мир от Скверны, такой как ты.
Он нажимает курок. Пуля задевает руку доктора Крейвена, разрывая куртку. Доктор настолько ошеломлен, что не двигается, когда Себастьян нажимает на курок снова. Я успеваю вовремя сбить мужчину с ног. Пуля проносится мимо моей щеки, опалив кожу.
Генерал Бьюкенен и Жук стреляют в Себастьяна, прикрывая нас, пока мы мчимся в сторону Транспортера. Мама Натали нажимает кнопки на внешней стороне самолета, и люк открывается. Люсинда с Элайджей помогают Гаррику подняться на самолет. Он морщится от боли, схватившись за живот. Он оставляет за собой тропинку кровавого следа. Мы все забираемся в самолет и быстро закрываем люк.
— Ты сможешь поднять самолет? — спрашивает генерал Бьюкенен Гаррика.
Мужчина хмыкает, качая головой. Его кожа лосниться от пота.
— Разве вы не знаете, как летать на нем? Вы же военный, — говорю я.
— Я в сухопутной армии, а не ВВС, — отвечает генерал Бьюкенен.
Пули попадают в обшивку самолета: дзынь-дзинь-дзынь. Себастьян ведет ответный огонь. Ничего не говоря, Дей ставит стеклянную банку с сердцем Тиоры на одну из металлических скамеек и направляется в кресло пилота. Она садится и включает двигатели. Они пробуждаются к жизни. Она бормочет под нос и щелкает несколькими переключателями и кнопками, набирая команды.
— Пристегните ремни, — говорит она через плечо.
Мы все занимаем места, поспешно пристегиваясь ремнями, когда Дей берет управление на себя. Люсинда, схватив стеклянную банку, держит ее, крепко прижимая к себе. Слышится глухой стук металла, когда освобождаются зажимы, затем Транспортер содрогается от толчка и движется вперед. Мы набираем скорость в туннеле, ускоряясь тревожным темпом. Натали сжимает мою руку. Элайджа зажмуривает глаза. Жук просто ухмыляется. Остальные бормочут молитвы себе под нос.