– Ден Геллер! – внезапно окликнул его кабинет-маршал. – Вы там заснули, уважаемый повелитель неба?
По залу снова прокатились сдержанные смешки.
– Никак нет, господин верховный главнокомандующий, я весь внимание.
– Мы получили дипломатическую ноту от правительства Лореи, – вкрадчиво произнес барон ден Брунхильд, пристально глядя в лицо молодому генералу, – в ней говорится, что один из ваших дирижаблей сбил мирный аэроплан в воздушном пространстве этой страны. Они настаивают на том, что аэроплан не был вооружен и не представлял угрозы экипажу цеппелина.
– Этот аэроплан, господин главнокомандующий, выполнял разведывательную миссию, – спокойным тоном ответил ден Геллер. Он получил сегодня с утра радиограмму с борта воздушного судна и уже успел продумать ответ. – Самолет приблизился к дирижаблю на опасное расстояние, грозившее столкновением. Наши стрелки попытались отогнать незваного гостя предупредительными очередями, но пилот оказался излишне настойчив. Полагаю, следует считать данный инцидент актом самообороны.
– Что ж, я передам ваши слова лорейскому послу, – кивнул ден Брунхильд, – однако постарайтесь больше не провоцировать подобных конфликтных ситуаций. Не забывайте, что мы не воюем с Лореей. Пока не воюем.
– Так точно, господин кабинет-маршал, – покорно склонил голову ден Геллер.
Честно говоря, для того чтобы вытащить своих ребят из тех задворок, куда их отправила злая воля вояк из Главного штаба, он был готов разнести вдребезги едва ли не половину Лореи. Вторую половину он с удовольствием разнес бы за то, чтобы его подопечные приняли наконец полноценное участие в боевых действиях, доказав тем самым, что авиация может оказаться на фронте ничуть не менее полезной, чем закованные в крепкую броню тяжелые сурганские танки.
– А я говорю, это была провокация, – сказал рыжий веснушчатый стрелок по имени Дольф, – лорейцы специально своего разведчика подослали, чтобы потом обвинить нас в нападении на мирный аэроплан. Попомните мое слово.
– Да брось ты, – примирительно ответил Алекс, продолжая перетасовывать колоду из сорока разноцветных карт: именно такие, как объяснил Диме его новый приятель, пользовались популярностью в Сургане, – тебе везде мировой заговор мерещится. Как ветер переменится, ты говоришь, будто это краймарцы и лорейнцы в небо дуют, чтобы нас с курса сбить…
Кто-то из летунов отреагировал на шутку своего товарища веселым хохотом.
– Ты еще скажи, что они против нас ничего не замышляют! – обиженно надулся Дольф. – Посмотри, кто банками и финансовыми конторами владеет? Краймарцы! Кто дает нам кредиты под бешеные проценты? Краймарцы! А кто лицензии на производство различной техники втридорога продает, которые мы покупаем на краймарские деньги? Краймарцы и лорейнцы!
– Это ты краймарцев костеришь, потому что они тебе в банке ссуду не дали, – предположил Алекс, чем вызвал у окружающих очередной приступ хохота.
– Да иди ты…
– Меня вот больше беспокоит, что мы всю войну на задворках Лореи проболтаемся, – подал голос другой пулеметчик, представившийся Норманом.
– Не волнуйся, на твой век повоевать хватит, – успокоил его Эрдман.
– А вот не скажи, – возразил Норман. – Аламею мы быстро одолеем. За неделю, я думаю, максимум за две. У них там толком ни армии нет, ни техники, ни порядка. Одни мятежи да бардак.