Как бы ни было хорошо, но рано или поздно приходится вставать. Я переоделся в привычную домашнюю одежду, но вспомнил еще кое о чем и подошел к оставленному на полу свертку. Повертев его в руках, передал Лие.
- Тут одежда, - ответил на недоуменный взгляд. – Я вчера был у Рейчел, рассказал ей все. Она очень хочет тебя увидеть.
- Ты так тепло о ней говоришь, - она развернула сверток и начала перебирать в руках ткань. – Пожалуй, примерю, - оценивающе посмотрела на голубой сарафан, а потом на меня. – Отвернешься? Спасибо.
Безропотно развернулся и уставился в стенку.
- Рейчел – моя вторая мама, - пояснил я. Сзади послышалась возня и кряхтение. – Тебе помочь?
- Да, если не трудно.
Взъерошенная после сна девушка извивалась, пытаясь застегнуть молнию на спине. Я, как настоящий мужчина, поспешил помочь. На кровати это было делать неудобно, поэтому подал ей руку, помогая встать, и сказал опереться на комод.
Стою за спиной. Так близко. Медовые волосы спадают по спине, пришлось перекинуть их через плечо. Я не удержался и провел пальцами по нежной коже, опускаясь все ниже до бегунка. Всего лишь молния, но сам процесс оказался волнующим. Если поцелую… испугается? Оттолкнет? Черт, о чем только думаю? Аккуратно застегнул платье и сделал шаг назад.
- Почему вторая? – Лия развернулась и стала заплетать волосы в косу.
- Что? – не понял я.
- Ты сказал: «Рейчел – моя вторая мама».
- Да. Я не видел свою мать, - горькая усмешка сорвалась с губ. – Не хотел бы об этом говорить.
- Как скажешь, - думал, смутится или начнет извиняться, как делают остальные, но нет – стоит и смотрит своими голубыми глазами.
- Завтрак? – спросил после недолгого молчания.
Дождавшись кивка, отправился вниз. Из комнаты отца доносился громкий храп. Что ж, надо придумать, чем его отвлечь, когда проснется. Долго искал чем бы перекусить, я то неприхотлив, а вот Лия… Вспомнил, что Рейчел передавала банку очень вкусного джема. Поджарил хлеб, нашел масло. Пара кружек чая, омлет для меня, легкий салат, бутерброды – все водрузил на поднос и поспешил наверх.
Как давно я сидел и просто наслаждался пищей? Уже и не вспомню. Вечно куда-то спешу, что-то делаю. В голове всегда куча дел и планов на день. Но сегодня я старался ни о чем не думать. Сидел, смотрел, как Лия уплетает джем с таким видом, словно ничего вкуснее в жизни не пробовала. Кажется, я даже смеялся над ней.
Оставив ее одну, пошел заниматься домашними делами, которые постоянно откладывал. Отец вышел из комнаты ближе к обеду, накрывая на стол, лихорадочно придумывал для него занятие.
- Сегодня футбол, - начал издалека.
- Правда? – по его лицу прочитал заинтересованность. Футбол – его слабость. – Кто играет?
- «Триальские тигры» против «Бурых медведей», - припоминал разговоры Мейсона. Тот еще болельщик. – Должен начаться с минуту на минуту.
- Что ж, в таком случае доем у себя, - отец взял пару баночек пива и неуклюже встал.
Я помог ему добраться до комнаты и настроил радиоприемник. Комментатор только-только объявил о начале матча. Отлично, несколько часов я выиграл.
Радиоприемник вещал остаточно громко, поэтому можно было не переживать, что отец услышит звуки, которые иногда доносились со второго этажа. Чем же она там занимается?
Подлатал лестницу, починил дверцы, прочистил трубы, починил кран… в общем, я сделал большую часть работы и решил навестить Лию. Заодно принес ей обед.
Девушка сидела в комнате и усердно что-то делала за столом. Подошел ближе и наклонился посмотреть. Лия портила мой альбом – он лишился сразу нескольких страниц.
- Вандализм, - решил в шутку заступиться за него. – Столько лежал, никого не трогал. За что ты его так?
- Разве он создан не для того, чтобы люди могли им пользоваться? – она бросила на меня мимолетный взгляд и продолжила складывать бумагу.
- Для этого, наверное, - я поставил поднос рядом с альбомом, присел на табуретку, сложил руки на столе и следом уперся в них подбородком. Мне нравилось на нее смотреть, замечать, как уголок рта растягивается в легкую полуулыбку, как сосредоточено ее лицо, как она делает очередной взмах своими длинными пушистыми ресницами. Я настолько засмотрелся, что забыл, зачем приходил.