- Так вы это… Того… Давно? – бормочу я, не зная, уйти мне или все-таки остаться и поговорить. Как-то неловко все получилось. Фред же говорил, что они тут просто разговаривают!
- Неделю, чуть больше, - бормочет Аддерли. Похоже, он смущен не меньше меня. Еще бы, наши отношения с Патрицией ни для кого не были секретом, хотя все и делали вид, будто не в курсе. Правда, я понятия не имею, что все думали в последнее время, потому что с секретаршей мы и не общались толком. У меня всегда находились дела поважнее. Например, попрыгать с крыши на крышу.
- Ты вообще-то не это хотел узнать, - шепчет Фред, не отводя взгляда от блузки Патриции, которую та судорожно пытается застегнуть.
- Точно, - говорю я, чем ввожу в ступор и Аддерли, и женщину. – О каких людях вы тут говорили? Не надо делать такие лица, я слышал ваш разговор, и я знаю, о чем шла речь. Знаете, если хотите меня убить, то у вас ничего не выйдет. И вообще…
- Убить? – удивляется Аддерли. – Ты с ума сошел? Мы говорили об адвокатах. Я с женой развожусь уже месяц, она пытается отсудить у меня квартиру и почти все имущество.
- Разводишься? – настает мой черед удивляться. – Но… если так… Ох, ты ж блин. Тогда я прошу прощения. Не буду мешать. Продолжайте.
Чувствуя, как на щеках выступает румянец, я выхожу в коридор, закрывая за собой дверь. Фред смотри на меня непонимающе – наверняка считает, что я не должен был верить Аддерли на слово. Я бы и не поверил, если бы не знал, что он говорит правду. Я слышал что-то о его разводе. Ведь он как-то раз спрашивал, не знаю ли я хорошего адвоката. И тут на тебе. Все оказалось так просто. А я уже решил, что все вот-вот закончится. Но если Аддерли с Патрицией тут не причем, кто же тогда?
- Кажется, мы что-то упустили, - говорю я.
- Ага, - кивает Фред, указывая куда-то вперед. – Пожар.
На мой удивленный взгляд он никак не отвечает. Отвешивает мне подзатыльник и разворачивает лицом к лестнице, возле которой уже вовсю бушует огонь, вырвавшийся из одного из номеров. В тот же миг под потолком включается сирена, оповещающая всех о бедствии, и несколько десятков дверей почти разом открываются, выпуская в коридор напуганных людей. А потом на нас обрушиваются холодные брызги, и кто-то начинает кричать.
========== Глава 12 ==========
Из полуоткрытых дверей номера возле лестницы валит густой черный дым, смешанный с летящими во все стороны искрами и вспышками - похоже, досталось какой-то технике. Ковер на полу уже начинает тлеть, наполняя воздух угарным газом, и льющаяся тонкими струйками вода совсем не спасает. В панике люди начинают толкаться, намереваясь порваться к пожарной лестнице. Кто-то пытается закрыться в своем номере, наивно полагая, что в таком случае огонь обойдет его стороной.
- Хватит глазеть, надо бежать! - пытается перекричать взволнованную толпу Фред. Заметив, что люди тащат с собой вещи и, наплевав на благородство и вежливость, начинают драться друг с другом за возможность поскорее сбежать на улицу, ангел возмущенно тычет меня локтем в бок. - Сделай что-нибудь, заставь их успокоиться! Пусть хотя бы очередь соблюдают.
- Почему я? - удивляюсь я, поглядывая в сторону одного из открытых номеров. Можно выпрыгнуть в окно, здесь ведь всего-то четвертый этаж. Подумаешь, сломаю себе ноги. Но лучше уж пролежать потом несколько месяцев в больнице с забинтованными конечностями, чем задохнуться или сгореть заживо.
- Ты же руководитель! Ты мужик, в конце концов, а я - хранитель, который вообще не переносит смерть кого бы то ни было, - пытается убедить меня парень. - Старуха с косой близко!
Едва он выкрикивает последнюю фразу, как в тонущем в огне номере слышится взрыв. Пламя разгорается еще сильнее, перекидываясь на дверь соседнего номера, а вода с потолка и вовсе перестает хлестать. Дышать становиться все труднее, и на споры с Фредом времени нет. Что мне еще остается? Стягиваю с себя пальто и, борясь с раздирающим горло кашлем, кидаюсь в толпу, нагло расталкивая всех на своем пути.
- Сначала женщины и дети! - выкрикиваю я в ответ на возмущенные реплики в мою сторону. Мужчины продолжают возмущаться, но это только до тех пор, пока на мою сторону не встает Аддерли. Вдвоем мы справляемся с толпой, заставляя всех соблюдать очередь, и эвакуация заметно ускоряется. Огонь тем временем подбирается все ближе, а электричество и вовсе пропадает. Хорошо хоть, что практически все люди уже выбрались, не считая нас с Аддерли.
- Да лезь ты уже, - толкаю я мужчину к лестнице. Тот пытается спорить, говоря что-то о забытом мобильном в номере, но заметив, что пламя бушует буквально в нескольких метрах от нас, наплевав на все, лезет в окно.
- Там пол рухнул! – изумляется Фред, которого ни огонь, ни угарный газ не берут. – Теперь и на третьем полыхает, такой хаос творится, аж жутко. Зато пожарные приехали, и дорогу перед отелем перекрыли. Вообще паршивенький отель-то, и занавески дешевые, - спокойно рассуждает парень, пока я, кряхтя, пролезаю в окно. Оказавшись на металлической площадке, я вдыхаю свежий воздух полной грудью, радуясь, что выбрался из этой печки, и, поторапливая Фреда, спускаюсь вниз.
Перед полыхающим отелем собралось немало народу, причем большая часть – это жители соседних домов и случайные прохожие, которые просто не смогли пройти мимо. Вой сирен смешивается с гулом человеческих голосов, оглушая подступающую ночь. На фоне черного неба горящее здание выглядит весьма эффектно, так что даже невольно останавливаешься и начинаешь им любоваться. Нам с Фредом спешить некуда, и поэтому мы стоим в толпе, глядя, как пожарные бегают туда-сюда со шлангами, приказывая людям отойти подальше и не мешаться.
- Говорят, какой-то старик самогонный аппарат устанавливал, а тот и рванул, - рассказывает какой-то мужик, стоящий рядом со мной. Его собеседник изумленно вскидывает брови и качает головой, расстроенным голосом сообщая, что оставил в своей комнате добрую половину вещей. Кому что, как говорится; один жалеет старика, который так и не смог выбраться из своего номера, а другой сокрушается по поводу одежды.
Фред дергает меня за рукав, указывая в сторону, где стоят Патриция и Аддерли. Оба живые и невредимые, но явно напуганные тем, что произошло и происходит до сих пор. Ангел предлагает поехать домой, тем более, делать нам здесь большего нечего. Помощь уже оказали, себя спасли, поры бы и честь знать. Но как только мы выбираемся из толпы, уже замечая Чарльза, который машет нам рукой, стоя у автомобиля, как до моего слуха доносится знакомый голос, полный страха и отчаяния.
- Там мой сын! Мой сын внутри! Отпустите меня!
Я замечаю Кэрри раньше, чем до меня доходит смысл ее слов. Один из пожарных, ухватив женщину поперек талии, пытается оттащить ее к одной из машин скорой помощи. А Кэрри рвется обратно, крича о том, что ее Рори остался внутри, и она не успела его найти. Ноги сами несут меня к ней, а Фред, поначалу не понимая, что на меня нашло, остается на месте.
- Где он? – тут же спрашиваю я, оказываясь рядом с рыдающей женщиной. Она указывает в сторону одного из окон на третьем этаже, сбивчиво говоря, что отошла в магазин, а когда вернулась, то увидела, как отель горит. Естественно, никто не стал пускать женщину внутрь. А я вот разрешения спрашивать не стал – рванул к пожарной лестнице, надеясь, что с мальчишкой все в порядке. Рори, сероглазый малыш, такой печальный и так напоминающий мне самого себя в детстве. Разве мог я оставаться в стороне? Даже моя старая версия, грубая, черствая и думающая только о работе, наверняка не прошла бы мимо в такой ситуации. Хотя… черт его знает, раньше я и не думал о том, чтобы геройствовать, спасая чьи-то жизни.
Звать Фреда с собой не нужно – он уже мчится впереди меня, готовый, в случае чего, защищать меня от любой напасти. И все-таки это здорово, иметь личного ангела хранителя. Может, начать платить ему за это, чтобы он остался со мной на постоянной основе? Когда выберемся из горящего здания, обязательно обсудим это.
К несчастью, третий этаж полыхает не хуже четвертого. Коридор, в который мы попадаем, тонет в удушающем черном дыме, который еще и глаза режет так, что почти невозможно ничего разглядеть. Пытаясь понять, в каком из номеров находится окно, на которое указывала Кэрри, я теряю драгоценные секунды. Фред торопит меня, бурча, что я стал слишком бледный, и я, так и не разобравшись, начинаю ломиться во все двери подряд, надеясь, что мне повезет. Но все, на что я то и дело натыкаюсь – горящие шкафы и тумбочки, со скрипом разваливающиеся на куски. Пытаюсь звать мальчишку по имени, но то ли он не слышит, то ли просто напуган настолько, что даже не может ответить. Приходиться тогда отсылать Фреда в те уголки, в которые сам я добраться не могу из-за огня. Ангел, понимая серьезность происходящего, работу свою выполняет быстро и тщательно.